Книга Бойся мяу, страница 90 – Матвей Юджиновский

Однако месить тугую глину голыми ногами и втаптывать затем в формы пришлось Нэе одной. Нэон сказал, что, если увязнет в глине, она заберет его обратно. И обжигать сырые кирпичи в огненной яме тоже было заботой девушки. От огня я превращусь в камень, говорил Нэон. И только в возведении стен их общего дома парень помогал. Но это было не быстро.

– Но что они ели? Где спали? – перебил Женек, оставив терку. Он справился лишь с половиной моркови, а пальцы уже устали.

– Это доподлинно неизвестно, дружок. А сам как думаешь? – бабушка протянула ему новую морковь, еще больше. Задумавшись, Женька отправил ее в рот и откусил кончик.

– Ой! – спохватился и отложил овощ на стол. – Землянка! Они могли вырыть землянку.

– Хм, да, могли.

– Или шалашик построить.

– Да, – кивала Мария.

– Воду пили с облаков, – вставил Сашка, он пересел за стол.

– Ну-ну, – хихикнул Женя. – Наверное, родник нашли в овраге.

– Глядите-ка, какие вы смышленые, – покачала бабушка головой. – А ели что?

– Ну, может, что-то все-таки посадили, – пожал плечами Женек, возвращаясь к недоструганной моркови. – Или Нэон, пока Нэя возилась с кирпичами, ходил на охоту, например.

– Да-а, думаю, так все и было. Что же там дальше приключилось, Саш?

– Пожар?

– Хм… Да, и в самом деле. Ну молодец, – подмигнула Мария. – Едва крыша из веток и соломы была готова, как у соседей случился пожар. Сильный, свирепый. И огонь, оседлав ветер, перемахнул и на землю Нэи, и дальше, на другую сторону. Целый день и всю ночь бушевал дикий пожар. И когда наконец прожорливый монстр стих, выяснилось, что соседские дома сгорели дотла, по одному уцелевшему бревнышку на дом. А кирпичный дом Нэи и Нэона уцелел, не почернел даже, лишившись только крыши. И даже Нэон от огня не обратился в камень. И все потому, что глина из их земли не подпускает огня, она прочна и неприступна.

И после этого все в Короленстве узнали об этих чудо-кирпичах. Стали приходить, покупать. Кто кирпичи, кто сразу глину, а кто и торговался, мечтая выкупить всю землю. И зажили тогда Нэя и Нэон счастливо и богато. Достроили дом, купили дерева и сколотили хлев, завели скот, завезли земли плодородной, и был урожай. Была еда, крыша над головой, тепло и уют. Правда, ноги у Нэи болели каждую ночь и утро, а Нэон все-таки не уберегся от огня, и рука его окаменела. Ко-нец.

– Как конец? Всё? – удивился Женя. Он возился с оставшимся огрызком морковки – не знал, как взять, чтобы не перетереть и свои пальцы.

– Ну, да, – усмехнулась Мария. – Достаточно, чтобы понять, – тут она поочередно посмотрела в глаза внучатам, – нужно уметь радоваться тому, что имеешь, возможно, оно больше, чем кажется.

Но Женьку достаточно не было, он все еще обдумывал концовку – слишком уж резко она наступила.

– И что, Нэон так и остался с ней, неужели глина так и не забрала его обратно? Или, может, он обманывал Нэю и вместо себя отдал ее в жертву глине?

– Ну скажешь тоже! – всплеснула рукой бабушка. – Зачем же хорошей истории так плохо заканчиваться?

Женя не знал. Потому просто пожал плечами и принялся за казнь второй морковки.

– А давай, дружок… – снова лукаво глянула бабуля. – Ну, а расскажи-ка ты нам историю, а мы послушаем.

– Какую это? – буркнул он, не ожидав такого поворота. – Сказку что ли?

– Можешь, сказку. А то Сашка вон все мои уже знает. Поправляет даже, хулиган, когда хочу что-то поменять.