Книга Бойся мяу, страница 89 – Матвей Юджиновский

– Вау, ничего себе! – впечатлился Женька, глянул на братика: – Ты уже слышал эту историю?

Тот покачал головой, не моргая широко раскрытыми глазами.

– Это правда, бабуль? – спросил Женя.

– Ну, конечно. Стара я, чтобы шутки шутить.

С лукавой улыбкой она опустилась к кастрюльке и ведрам: клубни из одного ведра сбрасывали одежки во второе и голенькие и чистые ныряли в кастрюлю.

– А расскажи про Хозяйку глины? – попросил Сашка. Подошел к дивану и толкнул брата – подвинься-ка, мол.

– Расскажу, дружок, если поможешь. Память у меня уже не та, от многого избавляется бесследно то тут, то там. Вот как я с этой картошкой, – бабушка отрезала кожурку и выкинула: кожуру в кастрюлю, а саму картофелину в ведро с очистками. – Ну, что я говорила? Глядите-ка – путаюсь, а скоро и за этим не услежу.

– Ну расскажи, бабуль, – заканючил Сашок.

– В далекие-далекие времена Короленин раздавал земли в своем необъятном Короленстве. – сдалась Мария. – И одна девчушка, Нэя, узнала об этом только в самый последний день Короленинской ярмарки. Успеть-то она успела, вот только земля ей досталась – голый пятак, сорняк да овраг. А у кого-то огород засаженный, у другого – сад наливной, у третьих – уже и дом, и двор с воротами, значит. Как полагается. Расстроилась Нэя. Избу построить не из чего, землю копнула – одна глина. А она ведь совсем не принцесса, и не волшебница. Ходила по Короленству, пробовала выменять, торговалась. Но никто не хотел слушать молодую простолюдинку, нищую и одинокую девчушку. Мужика тебе, говорят, надо, он и дом построит, и землю засеет.

Бабушка закончила с картошкой. Отнесла кастрюльку в кухонный закуток сбоку от печи и вернулась с тройкой рыжих морковок. Таких, какие носят снеговики из тех, кто покрасивше. И ножик заскользил уже по ним.

– Бедняжка Нэя. Найти-то мужика ведь сложнее, чем самой построить шалашик и вырыть колодец. Но вот как-то раз, копаясь в своей глине под моросящим дождиком, она услышала, как грязь под ногами хлюпнула: «Слепи меня». И тогда Нэя сообразила вдруг, догадалась. Из вырванных комьев глины, размякших от воды, она слепила себе помощника, как она надеялась… Женечка, там, на полке, есть терка. Давай-ка принеси ее сюда.

Женек спрыгнул с дивана и побежал в закуток. Пошарил глазами по столу, по полкам шкафчика.

– А как она выглядит?

– Железная пластина с дырочками. Прямо над тобой, ты правильно смотришь.

Жене пришлось придвинуть табуретку, взобраться на нее и всмотреться лучше. Наконец он увидел эту железяку и понял, что уже знаком с ней. Подтянулся и выудил ее. Слез с табуретки и вернулся к бабушке.

– Нет, мне не надо, – помотала головой на протянутую терку и, наоборот, вручила ему почищенную морковь. – На вот, поработай, помощничек.

Он забрал морковь, но замер в растерянности.

– Ну, вон доска, – Мария указала на стол у окна. – Поставь терку под углом и пробегись по ней морковкой, вверх – вниз, вверх – вниз.

– Так, а что дальше-то? – Женек встал в рабочую позу, припоминая, как это обычно делала мама.

– Дальше вторую настругаешь, – бабуля показала почищенную наполовину морковь.

– Да нет, с девочкой и глиной что было?

– Он ожил! – ответил радостно братик.

– Ага, спасибо, Сашульчик, я помню-помню… К полудню следующего дня глина подсохла, и фигура ожила. Корка треснула и спала, фигура стряхнула пыль и грязь и предстала перед Нэей крепким, коренастым парнем. Его звали Нэон. Он был обычным человеком, ну, может, кроме того, что зубы его были коричневыми, а кровь – густая и рыже-красная. Нэя поведала ему о своих проблемах: дома нет, огорода нет, денег нет. Он ответил, мол, она – Хозяйка глины, а это уже немало. Мы будем лепить кирпичи, сказал он.