Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
– Был, был! – Валера зло затянулся. «Лучше уж мужчина, – подумала Ира. – Чем… мужчины. Постоянный партнер, пускай взрослый, намного старше. Но не клиенты». Допустить, что сестра продавала себя, было так же больно, как представить ее со шприцем. – Только знаешь, малая, Нина менялюбила. – Не любилаона тебя. Ира сразу пожалела о сказанном. Вспомнила: он всюду с собой нож таскает. С такими, как Портнягин, стоит следить за языком. Но Валера пропустил слова Иры мимо ушей. – Она мне позвонила. Ну, перед… ну… В ту ночь. Вы телефон провели? – Нет. Нету у нас телефона. – Странно. – Портнягин харкнул зеленым. – Значит, из автомата. – И что она говорила? С этого момента Ира внимательно слушала Нининого бывшего. – Ну… связь была херовая, короче. Я… Она повторяла: купи дом, купи дом. – Дом? – Ага. Мы с ней мечтали, что свой дом купим, заведем собаку, детей. Глядь, нахрен… – Портнягин вытер пятерней угловатое лицо. – Что еще она сказала? Он задумался: – Сказала… Забери меня. Вот так. Забери меня, Валерочка. – И все? – Ее прервали. Там… Мать, короче. Говорит: повесь трубку. – Мать? – Ну а кто? Женский голос. Говорит: повесь трубку, тварь. – Подожди. – Ира наклонилась к Портнягину. – Нина тебе звонила ночью, с ней была какая-то женщина, и она сказала: «Повесь трубку, тварь»? – Ага. Мамка ваша меня всегда недолюбливала. – Мама никогда бы так не сказала, – замотала головой Ира. – Никогда бы не сказала «тварь». – Ну, бля, не знаю… – Портнягин прихлебнул пиво. – Я, знаешь чё, я бухой был. Я думал, на хуй, завтра приеду, и уснул. А она завтра – всё. Завтра – всё. Голубые глаза Валеры Портнягина смотрели в никуда. Ира соскочила с валуна и пошла к фабрике, а он все талдычил: «Завтра – всё», и прибой шумел. – Будет рассматриваться и возможное участие в выборах Джохара Дудаева. Мораторий на ведение военных действий в республике подписан… – Мам, я дома. – Один российский военный погиб, и один был тяжело ранен в результате нарушения… – Мам… – Федеральные войска продолжают… Мама спала в кресле, освещенная мерцанием телевизора. По экрану катили бронетранспортеры. Пустая бутылка из-под портвейна стояла на журнальном столике. – И к другим новостям. В нашей стране снова наблюдается рост алкоголизма. По сравнению с прошлым годом, когда на душу населения приходилось пятнадцать литров крепкого алкоголя… Ира выключила телевизор и на цыпочках покинула гостиную. В спальне, как обычно, задержала взгляд на опустевшей кровати сестры. Вещи Нины до сих пор никто не трогал, и Ира не знала, что мама собирается с ними делать. «Повесь трубку, тварь». Где была Нина в ночь перед смертью? Куда она сбегала? Ира сняла с полки томик «Алых парусов». Меж страниц Грина пряталась визитка, найденная в пакете с новой одеждой. Ира не сказала маме про пакет, вещи продала отдыхающим на пляже, чуть в полицию не загремела за нелегальную торговлю. На кусочке голубого картона порхал лукаво улыбающийся младенец-толстячок с крылышками и луком. Стрелу, которую он собирался выпустить, венчало красное сердце. «Купидон», – значилось под картинкой. – Купи дом, – прошептала Ира. На следующий день она отправилась к «Детскому миру». Бывшему «Детскому миру», но старое название намертво приклеилось к двухэтажному зданию, облицованному рыжей плиткой, и ничего, что здесь давно не продавали игрушки и распашонки. «Детский мир» стал торговым комплексом и центром притяжения молодежи, которая распивала спиртное на лавочках и лобызалась по кустам. Вокруг выросли киоски, пивные палатки, стихийный рынок. Ира удивлялась, что, имея в пешей доступности целое море, люди предпочитают кучковаться у ветшающего здания. Несмотря на радостные рекламные баннеры и пестрые ларьки, это место напоминало ей унылый и мрачный пустырь. Из трещин во вздувшемся асфальте торчали худосочные деревца, в цементных кадках колосился сорняк, закоулки воняли мочой, а в неработающем фонтане копилось битое стекло. |