Книга Рыжая обложка, страница 91 – Сергей Королев, Антон Александров, Вадим Громов, и др.

– Будешь дергаться и орать – выколю глаз. Кивни, если поняла.

Лена оцепенела. Кивнула коротко. Взгляд продолжал метаться по купе, ища подсказку, спасение.

Тяжесть, давившая на плечи, исчезла. Через мгновение кожу под носом обожгла боль – скотч сорвали вместе с пушком, растущим над верхней губой. Прежде чем Лена успела заорать, рот зажала крепкая ладонь.

– Сейчас, сука, ты будешь пить. Молча. – Прокуренный голос, раздавшийся из-за спины Лены, невероятным образом напугал даже больше ножа. Нутро подсказывало – обладатель такого голоса не просто убьет, а будет мучить, пока жертва сама не издохнет.

Рука исчезла, меж горящих огнем губ ткнулось стеклянное горлышко. Лена инстинктивно глотнула и закашлялась – огонь перекинулся на пищевод. В нос шибанул запах водки. Лена кашляла, пытаясь вдохнуть хоть толику воздуха.

– Я сказал, пей! – От удара голова Лены дернулась вбок, врезавшись в столик. Бутылку снова ткнули в рот, грубо, едва не выбив зубы. Лена глотала горькую жидкость, шумно дыша через нос.

Раздался легкий стук в дверь. Бутылка моментально исчезла, сменившись грубой рукой.

– Мальчики, у вас там все в порядке? – женский голос, глубокий, почти заигрывающий.

– Да, Жанночка, простите, ради Бога, бутылку воды с верхней полки уронили. Постараемся не шуметь больше. – Влад говорил беспечно, тем же приятным, успокаивающим голосом, что так привлек Лену в ресторане.

Говорил спокойно, будто у его ног не корчилась в ужасе голая женщина. Будто лезвие его ножа не придвинулось в этот момент к Лениному глазу так близко, что она перестала его различать.

За дверью купе воцарилось молчание. Послышался удаляющийся стук каблуков. Проводница ушла.

Водка начинала действовать, и Лену окутывала мутная пелена, скрадывая боль и ужас. «Хоть добавки проси…» – промелькнула в голове шальная, будто чужая, мысль. Влад наклонился и перерезал ножом то, что стягивало Ленины лодыжки. Швырнул на стол обрезки пластиковых стяжек. Мужчина, что был сзади, рывком затащил Лену на нижнюю койку, положил на спину. Лена заерзала, поскуливая – вес тела перешел на стянутые сзади руки.

– Гошан, ты первый. – Влад протянул нож. – Только нам оставь что-нибудь, не жести.

– Как получится, – осклабился Гошан, незнакомец-из-за-спины, которого Лена наконец смогла рассмотреть. Здоровенный, похожий на обезьяну. «Потерянное звено эволюции», – еще одна мысль, возникшая словно извне.

Длинные мощные руки, скорее, лапищи, поросшая кудрявым волосом грудь. Голова в залысинах. Маленькие злобные глазки сверлили Лену из-под кустистых бровей. Гошан взял протянутый нож, перевернул Лену на бок, резко перерезал стяжки на руках. Тут же приставил лезвие к горлу, надавил.

– Пикнешь – убью, с-сука.

Свободной лапищей раздвинул Лене ноги. Лена заскулила, как щенок, когда шершавые пальцы проникли во влагалище.

– Сухая, как пакля. – Гошан ухмыльнулся. – Ну ниче, ненадолго.

Отложил нож на край стола, взгромоздился сверху. Повозился. Лена почувствовала, как между ног ткнулось огромное, горячее. Из последних сил попыталась оттолкнуть мужчину. Гошановская лапища легла на рот, в который раз. Запечатала крик, вырвавшийся из Лениного рта, когда Гошан вошел резко до упора, преодолев сопротивление плоти. Задвигался быстрыми толчками. Лена чувствовала, что внизу становится мокро, и не понимала, что это: смазка, кровь или она просто обмочилась. Мощный торс Гошана давил на грудь, перекрывая кислород.