Книга Дело о лесном монстре, страница 52 – Марина Серова

Несколько минут они провели в молчании, занимаясь каждая своим делом: Лиза готовя, а Таня с удивлением обнаруживая, что совершенно не хочет есть. Даже несмотря на то, что за целый день она так ни разу нормально и не поела, сейчас куда сильнее хотелось спать.

Иванова смотрела на свои сцепленные в замок руки, лежащие на столе, осознавая, что в голове нет ни единой мысли.

Перед ней появилась тарелка с омлетом и беконом, аккуратно уложенным сверху.

Хотя нет, одна мысль — вернее даже вопрос — все же обнаружилась.

— Уже осень, — протянула Иванова, глядя на Лизу из-под слипающихся век, — но ты все еще не уехала. Почему?

Лиза выдвинула из-под стола табуретку, села и отрезала большой кусок омлета, закручивая его в рулетик, и накрыла сверху кусочком бекона. Всю эту конструкцию она отправила в рот и стала медленно жевать.

— Впятером это было бы не так сложно. Другое дело одной, — Лиза протяжно тянула слова; тон ее голоса страшно убаюкивал. — Да и не очень хорошо это — уезжать, пока о судьбе моих подруг ничего не известно.

Таня собиралась с силами, не давая себе заснуть. Не время еще. Даже стала бестолково тыкать вилкой в омлет. Не ощущая, впрочем, никакого желания попробовать его.

— Как ты думаешь, могла ли Лера все же принять помощь этого человека?

В ответ девушка тут же покачала головой:

— Нет. Не могла. Мы отговорили ее все вместе. Так что эту идею Лера оставила.

— Она могла солгать?

В этот раз Лиза покачала головой со всей возможной уверенностью.

— Никогда. Она никогда бы не стала врать нам.

Настала очередь следующего вопроса:

— А Света могла переметнуться?

Лиза покачала головой так же уверенно.

— Она бы тоже никогда не приняла помощь постороннего человека. И то же самое с Таей и Юмой. Так что нет никакого смысла рассматривать эту теорию.

Голос Лизы звучал будто из-под толщи воды. Тане откровенно приходилось бороться с самой собой и своими глазами, которые упрямо пытались закрыться. Она бестолково гоняла кусочки омлета из стороны в сторону, то накрывая ими бекон, то накрывая беконом омлет.

Есть совершенно не хотелось. Хотелось только одного и очень сильно — спать. Лечь прямо сейчас на кровать, опустить голову на подушку и уснуть беспробудным сном до самого утра.

Можно даже и не на кровати — диванчик в углу комнаты казался очень удобным, а подголовник как раз на идеальной высоте, чтобы положить на него голову. Таня буквально ощущала, как ее тяжелая голова ложится на мягкую горизонтальную поверхность. Глаза закрываются.

Стоп! Глаза и правда закрываются.

Таня тряхнула головой и села ровно.

— Тебе бы лечь отдохнуть. Совсем засыпаешь уже. Того и гляди лицом в тарелке окажешься, — Лиза предусмотрительно взяла из рук Ивановой вилку и отложила ее в сторону. — Иди. Помнишь дорогу в свою спальню?

Тани хватило на короткий кивок. Она поднялась на ноги, опираясь рукой на спинку стула, и побрела в комнату.

Как бы ясно она себе ни представляла процесс укладывания себя на кровать, на деле она не запомнила и секунды этого процесса. Просто зашла в комнату, моргнула и вот уже оказалась на кровати.

Зато сладкое ощущение погружения в сон Таня почувствовала изо всех сил.

* * *

Беспробудным сон не оказался.

Таня открыла глаза и подскочила на месте, садясь на кровати. Ее буквально выкинуло из сна.

За окном было темно, но еще не настолько, чтобы посчитать это глубокой ночью. Скорее вечер или около того.