Книга Дело о лесном монстре, страница 35 – Марина Серова

— Ох, страшное дело, — запричитала вдруг хозяйка дома, наливая теперь кипяток уже в свою чашку. — Девочки пропали так неожиданно. Мы все так переживаем из-за этого. Меня, кстати, Зинаидой зовут.

— Таня.

— Очень рада, Таня, что вы к нам приехали. А то от нашего Акопова никакого толку. Сидит там у себя да знай себе говорит, что девочки сами уехали. А куда б они уехали-то? Без денег да без всего!

Не замолкая ни на секунду, женщина долила в каждую чашку заварку, а в свою насыпала две ложки сахара с горкой.

— Вам насыпать?

Таня покачала головой. Она и так чай ненавидела, а уж сладкий — так это и вовсе пытка какая-то.

— Ой, чего это я! А к чаю-то ничего не принесла.

Не успев остановить Зинаиду, Иванова вновь наблюдала за ее удаляющимся силуэтом. Но не успела Таня соскучиться, как хозяйка дома вернулась, неся в руках два завязанных целлофановых пакета.

— Так, это у нас «к чаю», — деловито объявила женщина, ловко развязывая первый пакет и принимаясь за второй. — А это пряники с повидлом. Угощайтесь, — и пододвинула оба пакета к гостье.

Таня решила взять печеньку. На удивление, оказалось очень даже неплохо.

— Что вы можете рассказать о пропавших девочках? — почти серьезным тоном сказала Иванова.

Зинаида нервно и глубоко вздохнула:

— Ох, впервые со мной детектив разговаривает. Нервничаю, — и криво улыбнулась.

— Вам незачем волноваться. Вы ведь не причастны к их пропаже?

— Да боже упаси, — теперь Зинаида громко рассмеялась. — Еще б мне, старой, к чьей-то пропаже причастной быть. А про девочек расскажу. Что знаю, то и расскажу. Они ж все перед глазами моими росли. Каждую вот такой помню, — сидя за столом, она наклонилась и выставила ладонь, отмеряя от пола сантиметров сорок-пятьдесят, не больше. — Вот такими помню. Честное слово.

И дальше последовал рассказ, который почти ничем не отличался от рассказов Лизы и Акопова: Света росла без матери, но с тираном-отцом, который ее постоянно поколачивал — потому, когда тот возвращался, она постоянно напрашивалась жить к подружкам; Лера, вечно предоставленная сама себе, хулиганка до мозга костей и заводила, от которой никому в поселке покоя не было; Юма, тихая и даже замкнутая, с весьма неоднозначным родственником за границей; и Тая, страшная трусиха, которая почему-то в одиночку бросилась искать пропавшую подругу в самом страшном месте округи. В общем, новой информации почти не было. За исключением одного факта.

— Шлялся тут кто-то в ту ночь, когда Светка пропала.

— Где шлялся? — не поняла Таня. За время разговора она успела съесть две печеньки и половину пряника, вторую половину которого теперь вертела в руках.

— Да вокруг дома. Сначала я решила, что Колька вернулся. Он же в тот день к собутыльнику своему в гости ходил. Вот я и решила поначалу, что это он пьяный к дому пришел. Но потом поняла, что как-то слишком легко для пьяного идет. Колька ж он, как выпьет, так совершенно неповоротливым становится. Помнится, как-то раз он сшиб мой велосипед, который я во двор загнать забыла да так у своей калитки и оставила. Грохоту столько было. Мама дорогая! А тут слышу, тихонько идет. Как мышка крадется. Ну, я в окно. Смотрю, а там темный-темный силуэт. Лохматый и высокий. Никогда таких высоких людей не видела.

Глаза Зинаиды горели все ярче и увеличивались в размерах с каждым словом: