Книга Дело о лесном монстре, страница 38 – Марина Серова

Потому она подыгрывала:

— Думаю, действительно не стоит. Тем более если вы что-то скроете, а потом я выясню правду у других жителей поселка, это может вызвать у меня подозрения.

Мужчина встревоженно обернулся через плечо. В глазах его застыл совершенно не наигранный ужас. А Таня уже и не сомневалась, что перед ней стоит если не местный сумасшедший, то уж одинокий человек, которому просто нечем заняться. От скуки и жизни в глуши этот мужчина, кажется, готов разыгрывать любую комедию, лишь бы показаться хоть сколько-нибудь значимым. Первым делом в своих же собственных глазах.

— Что ж, звучит убедительно, — протянул он и снова развернулся к Ивановой лицом. Та едва удержалась от того, чтобы закатить глаза от наигранной драматичности момента. — Думаю, имена пропавших девочек вам уже известны.

— Конечно.

— Тогда начну свой рассказ без предисловий. Из всех родителей беспечней всех к пропаже дочери отнесся Николай. Когда Светлана пропала, тревогу забила соседка и подруги девочки, но никак не отец. Он до сих пор и пальцем не пошевелил, чтобы хоть что-то сделать для поисков дочери. Хотя мы всем поселком чуть ли не с первых дней лес прочесывали.

— И что же, он совсем не интересовался судьбой дочери? — это, пусть даже и ввиду их натянутых отношений со Светой, звучало странно.

Мужчина с энтузиазмом закивал:

— Совершенно верно. Николаю будто бы и вовсе все равно, что его дочь практически бесследно пропала среди ночи. Я, конечно, напрямую с ним не говорил — уж очень разный у нас круг общения, — но из чужих рук знаю: Николай уверен, что Света сбежала из дома, а потому не собирается ничего делать.

Иванова нахмурилась:

— Глупость какая. Света еще несовершеннолетняя, а значит, Николай несет за нее полную ответственность.

— Тут уж не мне выступать судьей поступков Николая. — с едва заметной улыбкой мужчина пожал плечами, чуть наклоняя голову вбок. Весь он мигом сделался каким-то слишком маленьким и неказистым.

— А что остальные? Есть еще кто-то из родственников пропавших девочек, кто так же не пытается их найти?

— Да почти все, — с легкостью и почти искренним негодованием воскликнул Аркадий Степанович. — Родители Валерии и ее старший брат и младшие сестры, например. Они также уверены, что девочка сбежала. Но, в отличие от Николая, хотя бы заявление о пропаже написали. Пусть и не сразу. Они хотят, чтобы их дочь вернулась домой, но свято верят, что сбежала Валерия по собственной воле. Краем уха я слышал, как отец девочки — Петр Сильванов — кричал, что на порог беглянку не пустит за такое.

Странная позиция для родителей, чей ребенок без вести пропал несколько месяцев назад. Но опять же — сейчас Таня могла только осудить этих людей с моральной точки зрения. Доказательством причастности к исчезновению девочек это не являлось.

— А остальные? Что делают родители Юмы и Таи?

— У Юмы нет родителей. Ее бабушка долго осуждала нашего участкового. Требовала ответов и действий. Потом еще этот братец приехал. Весь поселок на уши поставил. Теперь вот дом их стороной обходим. Почти что как овраг Заячий. Теперь два опасных места в поселке: место, где в лесу окопался монстр, и дом колдуна.

Таня хотела бы высказаться по поводу так называемых монстра и колдуна, но решила не сбивать свидетеля с мысли. Мужчина, не обратив внимания на переменившиеся на лице Ивановой эмоции, продолжил: