Онлайн книга «Безнадежные»
|
Он с силой толкается меня в грудь, и я, вскрикнув и потеряв равновесие, падаю спиной назад, на ступеньки. Острая боль обжигает сразу в нескольких местах, а дыхание перехватывает. Мои ноги подкидывает к голове, и тело совершает еще один кувырок. Каким-то чудом не свернув себе шею, я перекатываюсь через несколько ступенек, пока не оказываюсь на площадке между этажами. С трудом приоткрываю глаза и вижу лишь поношенные кроссовкинекогда белого цвета и низ черных спортивных брюк убегающего. О том, чтобы кинуться в погоню нет и речи. Кое-как приподнявшись, я ищу взглядом свою сумку, а когда нахожу, начинаю горько плакать. Пока я скатывалась с лестницы, этот мерзавец успел вытрясти все содержимое на пол. И, конечно, забрал пачку перетянутых канцелярской резинкой купюр. Не придумав ничего лучше, я звоню отчиму. — Да, — отзывается Борис, но в ответ я не говорю ни слова, только всхлипываю, шмыгаю носом и издаю протяжное «ы-ы-ы». — Где ты⁈ — кричит отчим, и на этот раз я плаксиво мямлю: — У тебя-я-я… — Выхожу! Не вешай трубку! Дашунь, слышишь? Дочь⁈ — Угу, — бурчу я, почувствовав себя маленькой девочкой, упавшей с новенького велосипеда. — Я… нормально. — Ничего нормального в твоих слезах нет! — с одышкой рявкает отчим. — Я бегу. Бегу, солнце. Все наладится, все будет хорошо. Просто вспорю этому недоделанному брюхо и… — Он не при чем, — хнычу я. — Меня ограбили! И тебя! — Ограбили? — недоуменно переспрашивает отчим. И гораздо спокойнее. — Подожди. И тебя? — Я приехала, а он тут, — жалуюсь я, пытаясь подняться с холодного пола. — Ты в порядке⁈ — Борис снова срывается на крик. — В целом. В смысле, все цело. Вроде… Я упала с лестницы и… — Ты упала с лестницы⁈ — ревет он медведем. — Вызывай скорую! Живо! Он сбрасывает вызов, а я, стеная и охая, завершаю подъем. Проверяю целостность костей, морщусь, но короткий номер так и не набираю, начав соображать. И лишь один вопрос крутится в голове. А ограбление ли это? Фактически, да. Деньги были — деньги сплыли. Но когда я, держась за перила, поднимаюсь и заглядываю в квартиру, складывается впечатление, что единственная цель, которую преследовал мерзавец — разнести все к чертовой матери. Даже из прихожей видно, что в квартире устроили настоящий погром. И тут, бесспорно, появляются вопросы к соседям (ведь на такую работу было потрачено действительно много времени), особенно тем, что живут снизу и выглядывали на площадку, услышав крик, но вина не на них. А на том, кто готов добиваться своего любыми методами. — Дочка! — раздается крик отчима с первого этажа. — Даша! — Я тут, пап, — обычным голосом отзываюсь я: остальную работу делают высоченные потолки, эхом разнесся звук по подъезду. Борис стрелой взлетаетна третий этаж. — Ты в порядке, — убедившись собственными глазами, тяжело выдыхает он. — Чего не скажешь о твоей квартире, — уныло бормочу я, поглаживая ушибленные места. — Это всего лишь вещи, — отмахивается Борис и осторожно обнимает меня. — Ай, — невольно морщусь я. — Вызвала скорую? — Нет, — вторично морщусь я. — Одни синяки, что они сделают? А вот полиция бы не помешала. — А ты его рассмотрела? — покашляв, уточняет отчим. — Он был в толстовке с капюшоном, кепке и обмотан шарфом до самого носа. Все, что я могу о нем сказать — он худой, как шпала. И такой же длинный. |