Книга Безнадежные, страница 101 – Татьяна Семакова

— Ой, брось, — отмахивается Таня. — У меня все хорошо. Нам хватает. Не переживай за меня.

— Нам? — переспрашиваю я, расширив глаза.

— У меня сынишка, — со счастливой улыбкой говорит она. — Ванечка, — добавляет она любовно, а в моих глазах все же копятся слезы.

— Сколько ему? — скрипуче спрашиваю я, смахнув слезы. И невольно вспоминаю Бугрова с его предостережениемо салфетках.

— Четыре недавно исполнилось, — с гордостью говорит Таня. — Он очень смышленый.

— И ты не замужем, — грустно констатирую я.

— Мне пришлось сказать ему, что его папа пропал. Я просто не знаю, как сказать малышу, что он не захотел его знать.

— Он даже финансово не помогает?

— Нет, — отрицательно качнув головой, тихо отвечает она. — А я не хочу бороться с ним. Пусть уж лучше он навсегда останется пропавшим без вести. Не хочу травмировать своего ребенка. Ничего, сама заработаю.

— Его зовут Евгений, не так ли? — спрашиваю я.

— Да, — удивляется Таня. — Откуда ты знаешь?

— Мне он тоже понравился, — вздыхаю я. — А вот Бугрову — нет.

Таня хмыкает и кивает. Какое-то время мы молча пьем чай, потом она говорит:

— Я не жалею, Даш. И из плохого может получиться хорошее, я каждый день убеждаюсь.

— А как ты вообще… одна справляешься?

— Приходится, — пожимает она плечами. — Мама меня выгнала, когда я забеременела. Сказала, позорю ее. Я тогда училась еще, тут, в городе, а сама из деревни. Там не скрыть, понимаю ее.

— Понимаешь ее⁈ — возмущенно переспрашиваю я.

— Да я бы и сама не смогла там жить. Среди всех пересуд, взглядов, — перечисляет Таня, сморщив аккуратный носик. — Все к лучшему, Даш. Я встретила Элен, она и с квартирой помогла, и с деньгами на первое время. Пожалела дурочку с пузом.

— А вот это могу понять, — улыбнувшись, произношу я. — Из деревни, говоришь?

— Непохоже? — кокетничает Таня, подняв взгляд к потолку и поднеся тыльную сторону ладони к подбородку.

— Непохоже, — тихо смеюсь я. — Иголку в руках держать умеешь?

— Ты серьезно? — ахает она, мгновенно догадавшись.

— Мне нужна помощница, — пожимаю я плечами. — Порядочная.

— Я бы очень-очень-очень хотела! — попискивая от восторга, частит она. — Но уметь носки штопать — это ведь не тот уровень, который тебе нужен.

— Ты умеешь штопать? — уважительно произношу я, а Таня смущенно прыскает и скромничает, опустив взгляд. — Я научу. Тут больше практика играет роль. Но больших денег не обещаю, сама понимаешь. — Я называю размер оклада, а Таня покусывает нижнюю губу, размышляя. — Это на первое время, пока учишься. Потом будем делить заказы, чистая прибыль твоя.

— Можно чуть конкретнее? — просит она виновато. Я называю ту сумму, которую получала уотчима, и она кивает: — Я согласна.

Мы долго болтаем, обсуждая детали, пока в дверь вдруг не звонят. Я иду открывать, рассчитывая увидеть Элен или Бугрова, но промахиваюсь в обоих случаях.

— Добрый день, — здоровается Елена Дмитриевна, а я с запозданием вспоминаю о своем обещании перезвонить.

— Совсем из головы вылетело, — признаюсь я, издав виноватый стон.

— Ничего страшного. Саша предупредил, что у тебя много работы, — без осуждения говорит Бугрова. — Я зайду?

«Лучше бы Саша не торчал под моими окнами», — думаю я мимоходом.

— Да-да, конечно, — суечусь я. — Проходите. У меня тут примерка и одновременно собеседование. Это Татьяна, моя помощница. Кажется, вы знакомы.