Книга Не потеряй нас, страница 79 – Ульяна Романова

– Что с ней? С Яськой? Где она? – поднял я голову. – Все… Все плохо, да? А…

Я не мог сказать это слово. Оно в горле костью застыло.

– Поехали ко мне, там поговорим, – потребовал отец.

– Где она? Что с ней?

– Прежде чем ответить тебе на этот вопрос, я хочу, чтобы ты взял себя в руки и нашел внутри себя опору.

– Блядь! Это из-за таза ее, да? Она не выносит, дура, а ты ее поддерживаешь?! Ты понимаешь, что если с ней… Если с ней что-то случится, я тоже сдохну, пап. Пусть бы меня ненавидела, винила во всем, но они… Они же сломают ее. Яська хрупкая, хрустальная, как она…

– Я нашел необходимое оборудование и вызвал к ней коллегу из Германии. Она хотела родить, Тимур. Она с такой отвагой бьется за ваших детей, что отказать я не смог. Она выносит, но ей нужна будет твоя помощь и поддержка.

– Где она?

– Сначала приведи себя в порядок, – решил батя. – Вымойся, побрейся, переоденься, и мы поговорим. Как взрослые мужчины. Риски ее беременности гипотетические, сейчас ей нужен полный покой и положительные эмоции, которые дать ей можешь только ты. Она держится, храбрится, но я вижу, что она по тебе скучает и тоскует – так же, как и ты по ней. Возьми себя в руки, сын. Ты должен. Это шанс твой жизнь не просрать и не сдохнуть в канаве. Поехали, мама будет рада тебя видеть. Давай в машину?

– Как мама?

– В стойкой ремиссии. Пока о внуках я ей не говорю, чтобы не вызвать новый приступ, но есть шанс, что когда они родятся и она их увидит, – будет положительный сдвиг.

– Или отрицательный.

– Тоже возможно, – согласился отец, – но пока она стабильна, и это победа. Решай, что тебе важнее – твои страхи или жизнь любимой девчонки и ваших детей. А я… В этот раз я тебя не подведу, клянусь.

– Поехали, – подумав, согласился я, слыша облегченный вздох отца…

Тимур

Горячий душ, бритва… Я смывал с себя запах обезьянника, смывал последние тридцать восемь дней. Почти обнулился под горячими струями воды, бьющими по коже.

Странно, но моя агония неожиданно прекратилась. В груди больше не жгло, но стало пусто. Невыносимо пусто без… Них.

Я не хотел детей в принципе. Никогда не хотел, не видел себя отцом, да и дальше сегодняшнего дня смотреть не любил.

Дети должны быть продолжением чувств. Плодами любви, а не результатом дикого перепиха в подсобке цветочного магазина. И уж точно это должно быть обоюдно.

Я злился на Яську за то, что решила все без меня. Что решила родить их, не советуясь со мной.

И я же успокоился, когда понял, что мое решение их не убило. Странно, но мысли мои впервые за долгое время были четкими и ясными. В голове что-то щелкнуло, перевернулось и завертелось в другую сторону.

Я закрутил кран, вытерся полотенцем и переоделся в спортивный костюм, который мне дал отец.

Вышел из ванной и нашел батю курящим на кухне. Мне не удалось поговорить с мамой – она спала. В комнате отца. В нашей старой квартире. Той, где мы жили вчетвером.

И это тоже странно умиротворяло.

Я взял сигарету, прикурил и затянулся. Сел за стол, а отец сморщился, но подвинул пепельницу в центр.

– Рассказывай, – потребовал я, – как Яська тебя нашла?

– Я приходил к вам домой в день выписки мамы. Ты не брал трубку, а я почему-то решил, что нужно позвать тебя с собой. Мы с ней поговорили, я оставил свой номер на всякий случай. Хорошая девчонка, на Аленку похожа.