Книга Запрет на любовь, страница 55 – Екатерина Ромеро

Сердце прыгает, точно безумный колокольчик, и при всем своем опыте я теряюсь. Не знаю, что делать, как правильно, потому что все, что было у меня, – это больно и грязно, а я хочу по-другому попробовать. С ним.

– Скажи, что делать. Пожалуйста, подскажи чуть-чуть!

– Расслабься. Хотя бы попытайся, остальное я сделаю сам.

Киваю и льну к Вове, он целует меня. В губы, шею, а после обхватывает груди крупными руками, дразнит, ласкает мои соски, делая их острыми, как пики, безумно чувствительными.

Сегодня будет у нас все по-взрослому, не только ласки снаружи, и я вся напряжена, хоть Владимир и пытается меня расслабить, отвлечь, целует, согревает.

На пасую, когда он меня трогает, мое тело словно оживает, и я зарываюсь пальцами в еготемные волосы, сама целую Вову в губы, шею и чуть ниже, в грудь. Он так хорошо пахнет, он мне нравится как мужчина. Безумно, безумно сильно.

– Готова?

– Да. Я хочу тебя.

Это правда, Вове удается меня расслабить и даже возбудить. Довольно быстро я становлюсь мокрая, уже почти без стыда касаюсь его тела, хотя смотреть ниже пояса мне до сих пор страшно.

Скажи кому только “боится мужского члена” – это ж со стыда помереть можно, но в моем случае это так. Эта штука мне только больно делала, очень, я это помню до сих пор. А как Вова будет делать? Я не знаю. Размер у него ничуть не меньше, чем у Риччи, больше даже. Мамочки мои.

– Я…

– Тише, спокойнее.

Вова ложится на меня сверху, подминает под себя, а я нервничаю, ожидая боли.

– Все нормально. Я твоя шлюха сегодня.

Киваю, улыбаюсь, так надо. Лучше он, безусловно, лучше.

Нервно усмехаюсь, а Владимир наклоняется и нежно целует меня в шею, шепчет на ухо:

– Ты не моя шлюха, Оля. Ты моя девушка, и я буду с тобой, как со своей девушкой, хорошо?

– Да. Хорошо, только не делай мне больно, пожалуйста.

– Иди ко мне.

Мы складываемся как пазл, и хотя Вова такой тяжелый, но он нисколько меня не придавливает собой. Напротив, действует осторожно, как-то даже бережно для меня.

Как лань настороженная, я все жду подвоха, но его нет. Вижу только, как Вова надел презерватив, а затем наклонился и накрыл мои губы своими, подарив очень сладкий и нежный поцелуй.

Эта ночь, наша близость, и что-то мне уже не до едких высказываний. Я обнажена перед Владимиром и телом и душой. Никаких масок, притворства, колючек. Тело к телу, и я так хочу доверять ему. Впервые в жизни.

Чувствую, что стала мокрой и сердце бешено прыгает в груди. Вова целует меня в губы, проталкивает мне язык в рот. Властвует там ним, делает толчки, и я прикрываю глаза от удовольствия.

Хорошо, да, мне так нравится, так очень приятно – везде, во всем теле. Как будто я лежу на ковре-самолете и меня поднимают вверх порхающие бабочки. Ощущение именно такое сейчас. С ним.

Вспышка перед глазами, всего секунда, но парализованные от страха бабочки падают, и я начинаю паниковать. Вспоминаю прошлый опыт. Мне было неприятно – и сейчас так же будет. Намертво просто вцепляюсь в плечи Вовы, умоляюще смотрю на него:

– Я боюсь… пожалуйста, нет.

– Доверься мне. Не обижу.

– Мне страшно, пожалуйста, не надо!

Его янтарные глаза так красиво искрятся, и мне так нужна эта поддержка, понимание, забота. И в то же время мне сложно. Безумно сложно пересилить свои страхи, словно поломать те установки, которые я выращивала о мужчинах последние пять лет.