Книга Запрет на любовь, страница 53 – Екатерина Ромеро

– Да. Спасибо. Вова, еще одна маленькая просьба. Можно?

– Говори.

– Будь моим первым мужчиной. Я хочу с тобой прожить свой первый раз. Даже если это будет неправдой.

– Хорошо, – отвечаю хрипло, и мы танцуем. Медленно и тихо, прижавшись друг к другу. Осторожно целую ее, ласкаю, держу за руки, глажу по спине. И, пожалуй, этот танец интимнее, чем секс, потому что это близость. Где-то внутри.

Когда песня доигрывает и становится тихо, Оля останавливается и медленно опускает лямки платья, представая предо мной в одном только белоснежном комплекте с подвязками и чулках.

Неловко, стыдно, страшно. Позади светит камера, а напротив Владимир стоит, и я в одном только белье перед ним. Он уже видел меня обнаженной, но тогда не было свидетелей и все было проще. Для меня. Для нас.

Теперь же я понимаю, что у меня нет выхода. Или он, или другие, и, пожалуй, пусть лучше это будет Черный. Лучше Вова, чем все остальные. Я должна переступить через этот страх. Возможно, все не так и ужасно, как я запомнила. Ведь уже целых пять лет прошло. Оль, ну сколько можно бояться, это просто глупо.

Да, я так себя убеждаю и настраиваю, но глубоко в подсознании всплывают картинки, которых я бы не хотела ни помнить, ни знать. Это всегда со мной. Как незажившая ранка, которую слишком больно трогать.

Дрожит каждая клеточка, но отступать сегодня я не стану. Подхожу к Владимиру. Ближе, еще ближе.

Сглатываю, нервно усмехаюсь. Ну и где же твоя смелость? Куда она отправилась, Оля, где колючка? А нет ее сейчас, зайчишка и тот смелее будет.

– Ты очень красивая.

– Ты тоже, Владимир.

– Я тебе помогу снять одежду.

– Хорошо.

– Если ты не готова, ничего не будет.

– Нет, я хочу, правда. Хочу понять, как это. Сейчас.

– Ладно. Просто доверься мне, Оль.

Киваю и кладу ладони Владимиру на грудь, дрожащими пальцами расстегиваю его рубашку. Пуговка за пуговкой, пока он нежно гладит меня по волосам. Надеюсь, так и дальше будет. Очень нежно, ведь я боюсь боли, и мой жалкий опыт кошками скребется внутри. Будет больно в любом случае, но я надеюсь, что не так, как тогда. С Риччи, со Щеглом.

Когда полностью расстегиваю его рубашку, смотрю на торс Владимира и невольно улыбаюсь: я им восхищена. Какой же он красивый, подтянутый, спортивный. На груди черные волосы, кожа – матовая, бронзовая – переливается в свете ночника.

– Вау… Какой ты.

Нет, в принцев я не верю, но Владимир точно подошел бы на эту роль. Он красивый для меня, такой мужественный. Странно, что я сразу этого не поняла.

Судорожно хватаю ртом воздух, тянусь к его ремню, но меня останавливают:

– Спокойно. Не спеши.

Вова накрывает мои руки своими, тормозит мою тихую истерику. И вроде все хорошо, в комнате тихо, Анфиса, может быть, даже вообще не смотрит, а глянет запись, но мне все равно страшно. Я боюсь близости с мужчиной, очень, до чертиков просто.

Последний раз после “свидания” с Риччи у меня все там болело. Я неделю ходить не могла.

– Я сделаю тебе минет?

– Если хочешь. Не откажусь.

Его голос осип, а у меня уши слегка заложило. Эти чертовы флешбеки, ненавижу их, боже, взять бы какой-то ластик и стереть все дочиста, да вот только так не бывает. Только не в моем случае.

Я знаю, что такое минет, и делала уже такое когда-то. Точнее, меня заставили. Это было отвратительно и очень больно. Я думала, что задохнусь, но сейчас все иначе.