Книга Чистое везение, страница 116 – Марьяна Брай

Наталья, как и обещала, пришла к трём. Я показала наши бани, рассказала, как мы принимаем гостей и чего говорить не стоит. В принципе, правило было одно: если открываешь рот, то только для того, чтобы хвалить. Но и своих людей в обиду я давать не собиралась. Научила всех, что ежели клиент хамит и оскорбляет, попросить подождать и сразу идти за мной. Разбираться с недовольными я планировала лично. Знаем мы эти склочные элементы!

Часов с четырёх начали подъезжать коляски, и работы до семи хватило всем. Мальчишек не устраивало, что мужчин приезжает меньше. Приходилось подбадривать, обещать, что как только откроем ещё одно отделение, сделаем рекламу специально для мужчин.

Вечером моя четвёрка пришла с решением начать уже заниматься расширением. До двух часов вряд ли кто-то собрался бы в баню. И мальчишки решили, что вставать они могут и в шесть.

— И как вы планируете строить? Сами, без мастеров? — я уже прикинула, что и правда они могут начать чистить кирпичную «коробку» изнутри. Напилить досок на обшивку стен, но хотела услышать от них этот план.

Когда они мне всё по полочкам разложили, пообещали, что не навредят ни себе, ни складу, а потом поклялись, что спать будут ложиться в десять часов, я дала согласие.

Мои ребятишки даже утра ждать не стали. Пока мы с моей новой напарницей заканчивали обслуживать последнюю на сегодня партию клиентов, энтузиасты уже взялись за мётлы и лопаты, чтобы грязную работу сделать в самом начале.

Ополоснувшись, я собиралась всё закрыть и уйти в кухню, чтобы перекусить чем-нибудь: физическая работа и молодой организм моментально использовал всю поглощённую с пищей энергию и просил новой.

— Вы считаете, что это правильно? — голос за спиной прозвучал так неожиданно, что я чуть не прищемила щеколдой пальцы. Обернувшись, я увидела Николая.

— Что именно, Николай Павлович? — стараясь не отводить взгляда от его каменного лица, спросила я.

— Общественная баня в усадьбе! Вас,кажется… Еленой звать?

— Елена Степановна, — чуть склонив голову, я наблюдала за его реакцией на отчество.

— Да, верно, не запомнил, простите. Мой брат не упоминал, что на территории учебного заведения оказывают столь… столь… — он точно собирался сказать нечто нелицеприятное, но какие-то незаметные глазу качества, видимо, пересиливали его снобизм.

— Столь простое для вашего статуса заведение? Вы примерно это хотели сказать? Или же уместнее будет сказать недостойное? — стараясь не кривить губы, вставила я.

— Вы проницательны! Не ожидал! Прогуляемся? — он, к моему величайшему удивлению, подставил локоть.

— Если вы не боитесь, что девушка, занимающаяся таким недостойным делом, запятнает вашу репутацию, — я не дождалась его ответа и положила руку на его предплечье.

— Что вы! Если даже мой брат, искренне ненавидящий всё, что не касается науки, позволил вам обустроить здесь этот балаган… — он раскатисто засмеялся, и я напряглась.

— Если наша прогулка имеет цель оскорбить, думаю, нам пора её закончить, Николай Павлович! — я не выдернула руки, не остановилась, а просто прибавила шаг. И теперь не он, а я вела его мимо теплиц в сторону дома.

— Что вы, уважаемая Елена Степановна! Я лишь хотел показать вам кое-что. Думаю, вы посчитаете меня колдуном, как минимум, но ваша реакция того стоит, — мы обошли дом, и он подвёл меня к центральному входу.