Книга Афганский рубеж, страница 79 – Михаил Дорин

Батыров ушёл в кабину экипажа, а Карим пошёл на улицу.

— Товарищ лётчик, а правда, что если на борту откажет что-то, вы выпрыгиваете, а пассажиры остаются? — испуганными глазами посмотрела на меня одна девушка, одетая в белую футболку и светлую юбку.

Ну не могу я пройти мимо и не помочь дамам!

— Лейтенант Клюковкин, что… что вы делаете⁈ — возмутился Батыров.

В это время я использовал всё своё служебное положение и аккуратно надевал на первую девушку парашют.

— Товарищ командир, я обеспечиваю личный состав парашютами и провожу инструктаж по вынужденному покиданию.

Естественно, что Димон решил воспользоваться и своим служебным положением тоже. Вышел из кабины и подошёл ко мне сзади, пока я поправлял лямки парашюта на девушке.

— Сань, может, пока карты расчертишь? — шепнул он мне на ухо.

— Товарищ командир, я отвечаю за инструктаж пассажиров на борту. Нарушать обязанности не имею право.

— Сань, ну ладно тебе.

— Димон, тебя Света… ой, кабина ждёт, — улыбнулся я.

Батыров только фыркнул. Тем временем пришло время надевать нижние лямки.

— Что дальше? — спросила девушка.

— Так, а теперь раздвиньте ноги и поднимите юбку.

Димон как шёл в кабину, так и приложился лбом к перегородке над входом.

— Что⁈ — возмутились обе девушки.

— А по-другому они не войдут, — сказал я. — Смотрите, аккуратно поднимаем и лямки протаскиваем.

Стоящий на улице Карим еле-еле сдерживал смех.

Платья можно было бы конечно и не подымать, но… растерянность девушек и их исполнительность порадовали мои глаза.

Девушек мы довезли, но больше всего меня интересовал Сопин. До сих пор нет вызова. А ведь операцию в Пандшере никто не откладывал.

Следующие 3 дня тоже не было вызова от разведчиков. На четвёртый день полётов не планировали. В горах туман, а в Баграме дождь.

Утром меня и Батырова вызвал комэска на КДП. К таким зовам уже начинаешь привыкать. Мы с Димоном уже были готовы услышать, что группа Сопина дошла пешком сама. Или их кто-то другой подобрал.

Войдя в класс, мы обнаружили, что он не один. Вместе с ним был человек мощного телосложения, лысый и в песочной форме без погон. Под кителем надета тельняшка.

— Батыров и Клюковкин, это по вашу душу, — сказал Енотаев и вышел из кабинета.

Гость подошёл к нам и пожал руки.

— Я командир бригады капитана Сопина. Вы осуществляли его высадку в районе Панджшера?

— Так точно, — ответил Димон.

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

Комбриг подошёл к карте, которая висела на доске, и начал водить пальцем в районе ущелья.

— Группа пропала. Связи нет уже третий день. Последнее место, откуда выходили на связь здесь, — указал он в районе того населённого пункта, где предположительно искали Ахмад Шаха.

— Нужно связаться с ними. Вызовите ретранслятор и пусть дежурит в том районе, — предложил я.

— В Кабуле об этом слышать ничего не хотят. Говорят, что группы в живых нет.

— Но это ещё не доказано, — произнёс Батыров.

Командир бригады вздохнул и подошёл к окну, всматриваясь в хмурое небо.

— Командование в Кабуле ждать не намеренно. Утром погода устаканится, и войска войдут в Панджшер. А перед этим авиация ударит по Паси-Шахи-Мардан и окрестностям.

Это значит, что и всю группу похоронят вместе с Ахмад Шахом Масудом. Причём не выяснив, живы они или нет.

— А от нас-то вы что хотите? — спросил я.