Книга Афганский рубеж 2, страница 77 – Михаил Дорин

— Ещё будут меня тут медики вежливости учить. Приведите себя в порядок, капитан, — скривил лицо Баев и пошёл дальше.

Надо было видеть лицо Иванова, который опешил от такого поведения.

— И кстати, черезчас, чтобы товарищ Клюковкин был на КДП. Проведём разбирательство по его делу. В установленном порядке, — добавил Баев, многообещающе зыркнув на меня.

Вот и не знаю, трястись мне или плакать. То же самое мне сказал Кислицын, когда мы загрузились в санитарку и отправились в жилой городок.

— Сань, ничего он не сделает. Поорёт, напишет кучу актов, и на этом закончится всё. Первый раз, что ли, — сказал Сергей Владимирович, когда мы подъехали к нашей палатке.

Мне нужно было взять свою полётную документацию и в назначенное время быть на КДП. Наглеть сильно я не стал и привёл форму в порядок. Отыскал ботинки, которые уже ссохлись в отсутствии носки. Комбинезон надел чистый, а лицо быстро гладко побрил, использовав рукомойник рядом с палаткой.

Пока вытирался и смотрел на последствия обстрела, заметил интересную вещь. Кое-что отсутствовало на данном пейзаже. Я отчётливо помню, что был взрыв бочек. Вот только их сейчас не было видно. Как и строения, рядом с которым они стояли.

Из палатки вышел Бага, у которого я поинтересовался насчёт бочек.

— Какие бочки, Саня? — удивился Баграт.

— Ну как же! Рядом с баней, душевой и выложенным бассейном стояли бочки. В них и прилетел один из «эрэсов». Я ещё удивился точности.

— Саня, брат, ничего не было. Бахнуло только мощно. Нам же повезло тогда, что решили до вечера подождать, когда вас эвакуируют после замеса в степи. Ну не зря же в баньку 40 литров поставили…

Какое-то интересное совпадение! Бочки, планируемый сабантуй и точнейший обстрел от духов. Я конечно не английский сыщик, но слишком всё сошлось вчера. Да какой же всё-таки длинный день был!

В назначенное время я прибыл на КДП, где меня уже ожидал солидный симпозиум. В классе постановки задач присутствовал заместитель командующего ВВС Армии. С ним также были ещё два неизвестных мне офицера и подполковник Баев. Все сидят за центральным столом, а мой комэска Енотаев — за партой перед ними.

— Товарищ генерал-майор, разрешите? — спросил я, и зам командующего жестом пригласил меня войти.

Видно, что для удобства работы комиссии, включили кондиционеры.

Генерал был среднего роста с тёмными волосами, едва тронутыми сединой. Одет в новенький лётный комбинезон, а от самого пахнет хорошим парфюмом. Первый раз такое встречаю здесь. Выглядел он довольным.

— Это он, Кузьма Иванович? — показал на меня генерал, и Баев кивнул. — Не такой уж и страшный. Давайте, лейтенант, проходите и рассказывайте. У меня времени немного. Надо ещё в штаб вашей дивизии… по делам заскочить.

— Товарищ генерал, готов рассказать, но прошу мне пояснить о чём.

— Не валяй дурака, лейтенант! Тебе вопрос задали, — сразу включился в работу Баев.

Ох, и зацепил же я его в Кабуле! Да и вся наша эскадрилья ему теперь не сильно нравится.

— Кхм, вообще-то, никто мне вопросов не задавал, товарищ подполковник, — ответил я.

— Справедливо. Расскажи мне о своём перелёте в Кабул, — задал вопрос генерал.

Я начал рассказывать, но заместитель командующего как-то не сильно вникал в происходящее. Слушал мельком. Больше смотрели в окно и шептался с подчинёнными. Из всех присутствующих только Кузьма Иванович следил за моей речью.