Книга Сирийский рубеж 2, страница 42 – Михаил Дорин

— У меня в квартире не курят, — сказал я, подойдя к столу.

— Пф! Что это за порядки? — фыркнула Крис и продолжила пытаться подкурить.

Не стал я больше ей ничего объяснять, а просто забрал сигарету и сломал её.

— Ты не у себя дома. Зачем приехала? — спросил я.

— Соскучилась. Мне сказали, что ты вернулся из Афганистана. Думала, позвонишь.

— Неправильно думала, — ответил я, наливая компот Кристине.

Протянул ей стакан с вишнёвым напитком, но моя бывшая как-то брезгливо на него посмотрела.

— А чего не шампанского? Или вина?

— Перебьёшься. У тебя минута, чтобы попить и 30 секунд, чтобы уйти.

— Ну, подожди! Давай поговорим. Я, правда, без тебя не могу. Даже в этот Торск приехала, чтобы помириться.

Я выдохнул, наливая себе компот. Во рту пересохло.

— Кристина, повторяю для тебя лично. Между нами всё кончено. Однозначно, бесповоротно и никаких вариантов возобновления отношений нет. И ни твой приезд, папа, мама, брат или сват этого изменить не смогут.

Кристина встала со стула и подошла ко мне ближе.

— Саша, но я же жить без тебя не могу. Что мне делать? — протянула она ко мне руки, пытаясь обнять, но я ушёл в сторону.

— Если тебя так в Торск тянет, так тут где-то твой хахаль ещё есть. К нему обратись. Поможет.

Моя бывшая сжала губы настолько, что они побелели. Видно, что не может она смириться с отказом.

— Я даю тебе последний шанс, Саша. Иначе…

— Не заморачивайся. Дверь там, Крис. До вокзала идёт 4-й автобус.

Не прошло и пяти минут, как Кристина вышла в коридор и захлопнула дверь. В квартире остался я один.

Стук каблуков Крис ещё раздавался эхом по подъезду, а с улицы доносились угрозы от Лены.

— Разорву за Тосю эту дрянь! — возмущалась подруга Кеши.

Я же налил себе «Московского» и придвинул тарелку с сырной нарезкой. Кассета на магнитофонеуже доиграла, так что я решил включить телевизор. Пока ещё никто не вернулся, но в тишине мне сидеть не хотелось.

В эфире шла одна из самых интересных, по моему мнению, программ — «Международная панорама».

— События недели. Хроника, факты, комментарии, — объявил закадровый голос.

Эта передача всегда начинается с подобного вступления. А после началось перечисление основных тем.

— Здравствуйте, товарищи! — поздоровался ведущий программы Александр Бовин.

Его пышные усы были его визитной карточкой.

— В Сирии, как утверждают сторонники Хафеза Асада, политического кризиса нет и быть не может. Страна завершила переговоры с Израилем и всем доказала, что является суверенным государством, готовым работать на благо всего ближневосточного региона, — процитировал Бовин заявления сирийских властей.

С момента нашего возвращения из Сирии, новости оттуда приходят противоречивые. Вроде и закончилась война, но что-то не ладится в царстве Асада.

Скрипнула входная дверь. Через несколько секунд в комнату вошёл недовольный Кеша. Причина была налицо, а точнее на лице.

— Кто тебя так? — спросил я, намекая на покраснение на щеке.

— Ленка. Сказала, что я тоже бабник.

— А ты? — уточнил я.

— Не нашёл аргументов против, — ответил Петров и сел рядом со мной.

Я взял бутылку «Московского» и налил рюмку Кеше. К своей я не притронулся, так что теперь выпьем с ним вместе.

— В поисках выхода, — объявил диктор в телевизоре. — Вопрос ввода ограниченного контингента войск ООН в Южный Ливан по-прежнему стоит особняком. Основу контингента должны составить подразделения армий США, Франции и Великобритании, заявили в Вашингтоне. Советская сторона видит в этом желание США оказывать ещё большее влияние на неспокойный регион…