Книга Сирийский рубеж 3, страница 42 – Михаил Дорин

— Как вариант, Олег Игоревич. Здоровый карьеризм. Вы мне лучше по операции расскажите, — сказал я.

Для армейской авиации всё прошло замечательно. Тобольский сказал, что все отработали на отлично. Цели уничтожены под корень.

— Осталось выяснить,как отработали самолёты, — произнёс Батыров.

Вечером объявили общий сбор лётного состава. Полковник Каргин собрал всех командиров в кабинете предполётных указаний. Совсем недавно был построен из сборных конструкций штаб полка. Там же было и это знаковое и столь нужное помещение.

— Запах ещё не выветрился, — жаловался Кеша, когда мы с ним сидели в классе.

— И жарко. Кондиционеры вообще не справляются, — обмахивал себя тетрадью один из лётчиков.

Причиной нерабочего состояния была простая вилка, которая не была вставлена в розетку. Оттого кондиционеры не работали совсем.

— Товарищи офицеры! — прозвучала команда от Бунтова, и все поднялись со своих мест.

В кабинет вошёл Каргин в сопровождении одного старшего лейтенанта и девушки-ефрейтора из нашего штаба. В руках у них был большой поднос и коробка. Места им были выделены у стены на отдельных стульях.

— Товарищи офицеры, прошу садиться.

Как только шум прекратился, а Виктор Викторович о чём-то быстро переговорил с Бунтовым и Батыровым, начался предварительный разбор.

— Итак, начнём с разбора нашей операции. Цели были достигнуты. Командующий Ограниченным контингентом передал всем благодарность за чёткую работу. Думаю, что все понимают, какую цель мы преследовали.

В течение следующих 30 минут каждый ведущий группы доложил порядок, как и куда наносили удары. Не обошли стороной и Могилкина.

Каргин уделил этому инциденту совсем немного времени.

— Отдельно хочу выделить лейтенанта Могилкина. В своём первом боевом вылете столкнулся с такой неисправностью. Да, может не сразу решил выполнить посадку, а тянул до аэродрома. Но посадку выполнил. И вертолёт сохранил, и людей на борту доставил.

Виктор Викторович вышел из-за трибуны, подошёл к Могилкину и пожал ему руку.

— Молодец! Леонид Викторович, думаю парня можно представить к награде. Жду от вас в ближайшие дни рапорт, — распорядился Каргин.

— Есть, товарищ полковник, — ответил Бунтов.

Заместитель командира корпуса вернулся за трибуну.

— Есть у кого что-нибудь добавить? — спросил Каргин.

Ну я молчать не стал. По-моему, сегодня не только лётчики прекрасно выполнили свою работу.

— Товарищ полковник, разрешите добавить? — поднял я руку, и Каргин кивнул.

Поднявшись, я встретился взглядом с Батыровым. У него на лице былонаписано — только не кричи. Был бы от этого толк, можно было бы и покричать.

— Я бы хотел сказать спасибо от лица всего лётного состава инженерно-техническому составу и всем подразделениям обеспечения. Работали слаженно, быстро и чётко. Сам я находился на КДП рядом с руководителем полётами и всё видел. И особая благодарность группе руководства полётами.

— Спасибо, товарищ майор. Все молодцы, — закивал Каргин. — И вот… всех, кого Клюковкин назвал, тоже отметить, Леонид Викторович.

Ну вот! Не зря поднимался. Батыров даже показал мне поднятый вверх большой палец.

Я начал садиться на место, но Виктор Викторович меня остановил.

— Подождите, товарищ майор. На середину класса, — дал мне команду Каргин.

Что-то новенькое, хотя я уже начал догадываться, что в коробке у девушки-ефрейтора. Как только я вышел на середину, Каргин подошёл к ефрейтору, взял у неё красную коробку и встал от меня справа.