Книга Кавказский рубеж, страница 88 – Михаил Дорин

— Именно так, подполковник. Выполняйте приказ. Ваша задача — не дать людям умереть с голоду. И вытащить оттуда столько гражданских, сколько сможете.

— Есть, — кивнул я.

— Действуйте. Ну, а прикрытие… прикрытие можете согласовать вон с ними, — кивнул Шаронов в сторону командира авиагруппы штурмовиков.

Они стояли на аэродроме тоже в дежурном режиме. С началом войны эти самолёты поднимались в воздух только для разведки. Так что теперь у них работы будет побольше.

И это уже другое дело! Прикрывать Ми-8 на «шмелях» хорошо, но когда ещё и «грачи» есть, то это другое дело.

Заместитель главкома попрощался с нами, сел в машину и уехал в сторону самолёта.

Мы с Завиди отошли к его машине. Подполковник молча достал пачку своих сигарет «Мальборо» и предложил мне «угоститься».

— Ты же знаешь, что не курю, — ответил я.

— Ай, Сандро, здоровяк ты наш! Совсем не тянет покурить?

— Совсем-совсем.

— Ладно, Саша. Сегодня в штабе соберёмся. Надо продумать маршрут и взаимодействие.

Вечер обещал быть долгим. Особенно после всех обсуждений и полученных задач на лётном поле от высокого начальства.

А потому в классе 215-й вертолётной эскадрильи, где шла подготовка, стоял самый что ни есть «рабочий» запах.

— Саня, тебе плеснуть? — спросил Завиди, размешивая в стакане с кофе два куска рафинада.

— Мне лучше чай. И покрепче только, — кивнул я.

Помимо ароматов кофе и чая, периодически пробивался запах табака. Штурманы не выдерживали напряжения и всё чаще выходили перекурить «на улицу». А точнее в окно.

Нервы у всех были на пределе, а пепельница, наполнялась окурками с космической скоростью.

Сам класс представлял собой типичное помещение советской военной части, которое не видело ремонта лет пять. Стены, выкрашенные в синий цвет, были увешаны плакатами. Схемы захода на посадку, силуэты натовских самолётов и выдержки из инструкции экипажу — всё это создавало привычную рабочую атмосферу.

Ну и куда же без тех самых «ёжиков» — схем аэродинамических сил и моментов, действующих на вертолёт на различных этапах полёта.

Завиди сел за центральный стол, чтобы быть ближе к жужжащему вентилятору. Старый бытовой прибор изо всех сил пытался разогнать душный, влажный воздух субтропиков.

— Сан Саныч, а если над морем пройдёте? По над самым берегом, — подошёл ко мне штурман звена штурмовиков.

Он был одет в лётный комбинезон песочного цвета и старался вращать на пальце наколенный планшет НПЛ-10.

— Мы уже так летали. Пойдём ещё раз, сразу попадём под прицел ПВО, которое прикрывает Сухум. Тем более что расстояние несколько больше, верно? — спросил я у старшего штурмана вертолётной эскадрильи.

— Ненамного, но дальше, — подтвердил он, расстёгивая куртку комбинезона до пупка.

В этот момент в кабинет вошёл и командир штурмовиков. Майор Суслов был крепкого телосложения, лицо гладко выбрито, а лётный комбинезон расцветки «бутан» сидел на нём впору.

— Слетал. Посмотрел и ничего не понял, — сказал он, присев напротив Гоги и положив шлем с кислородной маской на подоконник.

Суслов летал на разведку над побережьем. Такие полёты были согласованы с грузинской стороной. Вот только не всегда эта самая сторона доводила эту информацию до своих военных. Были и такие подразделения в составе сил Госсовета, которые действовалисами по себе.