Книга Поезд от платформы 2, страница 121 – Стефани Стил

Джесс заставила себя повернуться к Дженне, позволила комфорту упорядоченных действий захлестнуть ее с головой. Нажитый с годами опыт сыграл ей теперь на руку, и – как и в случае с убитым машинистом – Джесс принялась осматривать место трагедии и искать улики, способные пролить свет на случившееся. Она задвинула все свои вопросы, подозрения и версии на задворки сознания; в данный момент в них не было пользы. Ей нужно было взглянуть на это дело свежим взглядом. Джесс наткнулась на очередное мертвое тело, и ей следовало забыть все, что произошло этой ночью ранее. Включая тот факт, что еще несколько минут назад она думала, что преследовала эту женщину как убийцу. Заставив себя переключить внимание на тело, Джесс низко склонилась над ним.

А потом, присев на корточки и нагнувшись еще ближе, она разглядела тонкую рукоять ножа, торчавшую из копны густых волос Дженны. Не желая сильно наследить на месте преступления и – чего уж греха таить! – побаиваясь, как бы в этой спутанной копне не затаилась мелкая крыса, Джесс осторожно отодвинула две прядки волос от ножа. Он был всажен глубоко в шею Дженны, но, в отличие от Мэтта, входное отверстие было одиночным. Требовалось обладать недюжинной силой, чтобы проткнуть лезвием мышцы и сухожилия шеи, тем более с первой попытки. Джесс представила, как Дженна, двигаясь на ощупь в темноте, испытала вдруг то, чего всю ночь ожидала она сама. Ведь Джесс была убеждена, что смертоносный нож охотился за ней.

Джесс не была медиком, но видела и читала довольно отчетов об аутопсии^[4], чтобы понять: нож не убил Дженну мгновенно. Вскинув глаза, она поводила фонариком по стене над собой. Чуть ниже уровня головы темнело липкое пятно. «Похоже, запекшаяся кровь», – решила Джесс. И, как в случае с Мэттом, ей потребовался миг, чтобы представить, что произошло.

Судя по положению ножа, на Дженну напали со спины. Должно быть, она покачнулась вперед, а напавший в этот момент… Что? Наблюдал? Или наблюдала… Нет, это не имело смысла. Если только… если только более ранняя версия Джесс о кровожадном психопате не заявила вновь о своем праве на существование. Скорее всего, напавший сбежал. Возможно, человек, напавший на американку, запаниковал – он не продумал свой план до конца, не ожидал, что женщины пойдут по тоннелю к станции, и, увидев Дженну, избавился от свидетельницы. У него было при себе оружие, и инстинкт – отчаянный, оборонительный – взял над ним верх. А потом, осознав, что наделал, этот человек поддался панике. И… вернулся к поезду.

Нет. Джесс вновь бежала впереди паровоза. Мрачные подозрения проносились в ее голове одно за другим – как дартмурские пони, за которыми она так любила наблюдать в детстве. Ей нужно было, прежде всего, установить факты.

Дженна покачнулась вперед, судорожно глотнула воздух. Кровь в шее, пронзенной ножом, взбурлила. Почувствовав слабость, но не понимая ее причин, американка прислонилась к стене. А потом, потеряв сознание, сползла по ней вниз и упала – лицом в землю, распластав одну руку на рельсе. Тронься в тот момент поезд, и ей бы отрезало эту руку.

Измученный разум Джесс терялся в предположениях, пока она водила фонариком по сторонам. Увы, больше ничего, что могло бы послужить подсказкой, столь нужной ей зацепкой, Джесс не обнаружила. Она снова сосредоточилась на ноже. Тщательно изучила его. Он походил на кухонный нож для чистки овощей и фруктов. А судя по величине рукояти, его лезвие вполне соответствовало небольшим входным отверстиям на шее Мэтта. Похоже, складной нож Сола был неповинен в этих преступлениях. Джесс наморщила лоб. Было что-то еще, что ей следовало выяснить об этом ноже, об этой сцене преступления. Но голова уже раскалывалась. Сказались стресс, обезвоживание и усталость. И мыслить так же ясно и быстро, как обычно, Джесс больше не могла. А ведь она привыкла к четкой работе своих синапсов – выдававших ей решения и выводы со скоростью света. Не желая мучить труп Дженны и не собираясь извлекать из ее шеи нож, Джесс прокрутила экран на ее мобильнике влево и включила камеру. Сделав несколько снимков безжизненного тела, зловеще сверкавшего в белом свете вспышек, Джесс поднялась с корточек, чтобы сфотографировать все место преступления с расстояния.