Книга Семь престолов, страница 168 – Маттео Струкул

Младший Колонна потягивал прохладный мятный настой и тут же распорядился, чтобы брату тоже подали этот напиток. Едва они сели друг напротив друга, Просперо заговорил первым, не дав Антонио взять инициативу в свои руки, чем его изрядно удивил:

— Итак, вы заявляетесь сюда без предупреждения, весь в пыли и поту, с этаким хищным взглядом, а я что должен делать? Дрожать от страха? Мне не сложно, но, честно говоря, я и так отлично знаю, что привело вас сюда. Это очевидно. Однако, боюсь, я должен буду снова разочаровать вас, дорогой брат. На следующем конклаве меня тоже не выберут, успокойтесь уже.

Антонио заставил себя сохранить хладнокровие.

— Почему вы так считаете? — только и спросил он.

Просперо тяжело вздохнул:

— Достаточно взглянуть на факты. Если кратко, то дела обстоят следующим образом: совершенно ясно, что, как бы ни хотелось Каликсту Третьему быть главой Церкви, осталось ему недолго. Он не только стар, но еще и болен и слабеет с каждым днем, хотя и пытается это скрыть. А раз следующие выборы, по всей вероятности, состоятся довольно скоро, то что можно от них ожидать? Я почти уверен, что папой станет Гийом де Эстутевилль, кардинал Руана. Почему? У него много сторонников и влиятельных друзей в конклаве. Если же его не выберут, что будет весьма удивительно, то единственная альтернатива — Эней Сильвий Пикколомини. Мне ни к чему рассказывать вам, какую великолепную церковную карьеру он построил.

— Значит, вы думаете, у нас нет никаких шансов?

— Именно это я и пытаюсь вам сказать.

Настала очередь Антонио тяжело вздохнуть. Потеряв терпение, он повысил голос:

— Но, Просперо, вы понимаете, что наша семья на краю гибели?

— Можете кричать сколько угодно, этим вы никак не измените исход следующего конклава, — ответил младший брат.

— Тогда скажите мне, что нужно сделать, чтобы его изменить!

— Это невозможно.

— А если подкупить кардиналов?

— Сделаем вид, что я этого не слышал, но в любом случае ответ остается прежним: нет. Это не поможет. Фамилия, которую мы носим, стала для нас и удачей, и проклятием. Когда дядя Оддоне обеспечил наше будущее, наделив нас землями и владениями по собственному желанию, только на основании того, что он был папой римским, он навлек на нас вечную ненависть со стороны Орсини и всех, кто пришел после него. К счастью, благодаря вашим ловким политическим маневрам эти земли почти полностью остались за нами. Однако единственное, что мы теперь можем, — это управлять ими и укреплять семью вокруг ветви Дженаццано. Думаю, вы и это поняли, раз взяли в жены Империале. Кстати, как поживают малыши Просперо и Джованни?

— Нормально, — процедил сквозь зубы Антонио. — Я не об этом хочу с вами поговорить!

— Потому что вы всегда говорите только о том, о чем хотите, не правда ли, дорогой брат? Существуют только ваши желания! Так вот я хочу сообщить вам раз и навсегда: я устал слушать о том, чего хотите вы! Может, Одоардо позволяет вам так себя вести, потому что до смерти вас боится, но я не потерплю подобного обращения, понятно? Я вас не боюсь, никогда не боялся, и меня совершенно не интересует, что вы собираетесь делать. Вы уже и так всякого натворили в нашей семье: вы враждовали со Стефано, добивались его жены, угрозами и уловками заставили ее выдать за вас дочь. Вы убили Сальваторе. А еще вы похитили казну Святого престола! Но все это ваше дело, не мое, только одно я могу сказать точно: я не стану плясать под вашу дудку. Я кардинал Римской церкви, и этого мне вполне достаточно. Возможно, я никогда не стану понтификом, ну и что? Может, во мне нет качеств, которые нужны для подобной роли, вы когда-нибудь думали об этом? Почему я должен быть инструментом для достижения ваших целей? Лично я никогда не выбирал вас главой нашей семьи.