Книга Соната разбитых сердец, страница 27 – Маттео Струкул

Голос из-под маски звучал низко и глухо.

— Милостивая госпожа, мы не знакомы, но у меня нет слов, чтобы выразить все мое восхищение. Пламя ваших волос обжигает мое сердце, как ранее уже обратило в пепел все мои страхи, пока я шел по протянутому канату. Прошу вас, примите этот скромный дар как дань вашей красоте, которую невозможно не заметить, несмотря на то что вы попытались спрятать ее за этой черной маской, — Джакомо протянул девушке руку, в которой будто по волшебству появилась роза такого ярко-красного цвета, что казалась истинным воплощением страсти.

Франческа взяла цветок, растроганная и смущенная одновременно. Однако она напомнила себе, что за человек стоит перед ней. Наверняка он говорит подобные слова каждой встречной женщине. Не случайно же все они обожают его. Достаточно было оглянуться, чтобы заметить, как все гостьи провожают Казанову взглядами, пытаясь скрыть свои чувства за масками и веерами.

— Не думаю, что я настолько хороша, — ответила Франческа тихо, но уверенно: прямой и дерзкий характер возобладал над эмоциями. — С чего вам говорить комплименты именно мне, если все женщины вокруг обожают вас? — спросила она, придерживая рукой маску-моретту.

Джакомо не ожидал подобного ответа, но быстро нашелся. Даже если на минуту забыть о тайной цели, было в этой девушке нечто неуловимое и прекрасное.

— Вы единственная, кому я подарил красную розу. Для всех остальных достаточно белой — символа целомудренной симпатии.

Конечно, это был рискованный шаг, но Джакомо был почти уверен, что перед ним именно Франческа, а потому не собирался отступать. Если он прав, то получится сделать большой шаг на пути к выигрышу пари. Да и на самом деле, к черту пари, эта девушка просто великолепна!

— Могу я хотя бы узнать ваше имя? — спросил Джакомо. — Ведь вы уже знаете мое. Тогда я смогу повторять его про себя до бесконечности, день заднем, вспоминая вашу улыбку… И хотя бы это слегка облегчит мои страдания.

Лаура, совершенно очарованная и потерявшая дар речи от признаний Джакомо, отошла в сторону, оставив их вдвоем.

— По правде говоря, синьор Казанова, если я скажу вам свое имя, то даже та слабая тень дове-рня, что я испытываю к вам сейчас, исчезнет в мгио вение ока.

— Почему вы так говорите? Что я сделал помимо того, что был любезен с вами?

Этот невинный вопрос попал в цель. Внезапно Франческа поняла, что ведет себя слишком грубо.

— Не поймите меня неправильно, вы очень привлекательный мужчина, но… вы и сами должны знать, что ярко-синий считается цветом дьявола, равно как и в канатоходцах, парящих между небом и землей, явно есть что-то бесовское, — нашлась она. — Разве могу я доверять человеку, который является на лучший бал года таким необычным образом, да еще и в яркосинем камзоле?

Несмотря на серьезный тон девушки, Казанова понял, что она добродушно подшучивает над ним. Неужели она затеяла собственную игру?

Моя госпожа, я знаю, что не заслуживаю вашего доверия, я потерял его еще до встречи с вами… Но все же прошу вас, дайте мне последний шанс! Вы ведь ничего не теряете… Франческа?

Джакомо решил положиться на судьбу. Он не был уверен, но все же чувствовал, что перед ним именно Франческа Эриццо. Если он прав, победа обещает быть двойной: можно будет соблазнить это божественное создание и одновременно выиграть пари с графиней фон Штайнберг. Лишь одно обстоятельство слегка смущало Джакомо, а именно то, что он чувствовал, как безответственно позволяет себе все сильнее очаровываться рыжеволосой красавицей. Это ему совсем не нравилось, но он решил, что обдумать данный вопрос можно и потом. Сейчас ему не терпелось узнать, верной ли оказалась догадка.