Книга Соната разбитых сердец, страница 122 – Маттео Струкул

Внутри здание, получившее название дворец Меркантиле, представляло собой воплощение роскоши: изящные балюстрады, великолепные шторы, лепнина и резная мебель с инкрустацией работы знаменитого мастера Антона Катцлера.

Графиня Маргарет фон Штайнберг вышла из здания Торгового магистрата, прошла по Лаубенгассе и оказалась на Корнплатц — площади Зерна. Она любила гулять по городской ярмарке в такие холодные, но ясные дни, как сегодня. Свежевыпавший снег покрывал улицы и создавал в городе атмосферу волшебства. Когда перед Маргарет открылась площадь, она остановилась, очарованно оглядываясь: лавочники здесь предлагали всевозможные товары. Графиня прошла мимо прилавков с вином и маслом и остановилась полюбоваться венецианскими и флорентийскими шелками. Пожалуй, хорошие ткани были единственным, чего ей не хватало из венецианской жизни. Но прелесть Больцано в том, что сюда съезжаются купцы отовсюду: из Австрии, Венеции, Силезии, Швейцарского союза. Маргарет потрогала несколько образцов, проверяя их мягкость и естественный блеск. Она решила, что вернется и купит отрез ярко-голубого шелка, который сразу бросился ей в глаза.

Пройдя мимо прилавков с сухофруктами, графиня стала рассматривать корзинки с медового цвета опятами последними осенними грибами; кочаны черной и красной капусты, белоснежные луковицы. Маргарет глубоко вдохнула насыщенную смесь ароматов, и ей показалось, будто она вернулась в детство.

Вернувшись из Венеции, где ей пришлось немало потрудиться, воплощая в жизнь коварные интриги, графиня наслаждалась покоем родного Тироля. Она жила в чудесном особняке на улице Зильбергассе и, вопреки собственным ожиданиям, не испытывала особенных неудобств из-за отсутствия Гретхен. Маргарет не привязывалась к людям, тем более к слугам, и чаще всего предпочитала вообще обходиться без чьей-либо помощи в любых делах, начиная с покупок. Гретхен стала исключением: она была умна, ненавязчива и умела заражать своим хорошим настроением, а потому на протяжении довольно долгого времени графине нравилось видеть ее рядом. Однако история с Казановой стала настоящим разочарованием. Хватило одного глупого пари, чтобы Гретхен не просто заняла сторону этого напыщенного болвана, но и отдалась ему самым бесстыдным образом. В глазах Маргарет это было настоящим предательством, а потому ее совершенно не интересовало, что стало с ее когда-то верной камеристкой. Графиня лишь смирилась с тем, что больше никогда ее не увидит.

Маргарет покупала аппетитный кусок сыровяленого шпека, как вдруг что-то мелькнуло на границе зрения, привлекая ее внимание. Краем глаза она заметила некую призрачную тень. По крайней мере, так ей показалось. Разве это возможно?

Графиня резко обернулась, но никого не увидела. И все же она готова была поклясться, что секундой раньше перед ней возникло лицо Джакомо Казановы. Но ведь глупый вольнодумец заточен в Пьомби, точно также, как Франческа заперта в Мурано, в монастыре Санта-Мария-дельи-Анджели.

Скорее всего, она просто устала. Вероятно, события последних месяцев утомили ее сильнее, чем казалось. Она одержала верх над легендой Венеции — человеком, который в совершенстве владел всеми самыми коварными и действенными уловками и секретами соблазнения, Джакомо Казановой. Тем самым Маргарет сыграла ключевую роль в укреплении положения государственного инквизитора, которому суждено теперь стать новым дожем Венеции, едва Франческо Лоредан, что уже стоит одной ногой в могиле, наконец-то отойдет в мир иной. Словом, ей удалось усмирить пыл свободолюбивой Венеции и подготовить ее к новой роли — жемчужины в короне Австрии.