Книга Соната разбитых сердец, страница 124 – Маттео Струкул

Погрузившись в размышления, Маргарет на миг опустила взгляд, чтобы положить расческу на туалетный столик, а когда она вновь посмотрела в зеркало, то увидела его.

* * *

Он прижал к ее горлу лезвие кинжала. Капелька крови выступила на белоснежной коже и потекла по шее, оставляя тонкий алый след.

— Произнесите хоть слово, и я перережу вам горло, — сказал Казанова.

— Вы! — процедила сквозь зубы графиня, а в глазах мелькнуло удивление, смешанное, однако, с восхищением. Значит, Казанова все-таки оказался достойным противником! — Хотите заключить со мной новое пари?

— Для вас это лишь игра, не правда ли?

— Наконец-то вы это поняли!

— Но это не значит, что я сжалюсь над вами.

— Будьте внимательны, когда что-то обещаете. Если потом вы не сдержите свое слово…

Вместо ответа Казанова плотнее прижал кинжал к шее графини. За первой каплей крови последовали новые, порез стал заметно глубже.

Так, — продолжил Джакомо, — вот что я хочу от вас, — он указал ей взглядом на письменный стол, видневшийся за дверью кабинета. — Вы напишете признание и поставите под ним свою подпись. Расскажете обо всем, что сделали, объясните, как заключили дьявольский договор с государственным инквизитором Пьетро Гардзони, чтобы подчинить мой любимый город Австрии.

— И вы думаете, что я это сделаю?

— Я перережу вам горло, если вы откажетесь.

— Вы пустое место, Казанова.

Джакомо внимательно посмотрел в глаза Маргарет фон Штайнберг.

— Я — Венеция.

Казанова спрятал листы пергамента с признанием Маргарет в карман элегантного камзола. Он убрал кинжал, но сразу же вытащил из ножен шпагу — так он мог по-прежнему держать лезвие у горла графини, находясь при этом на расстоянии.

Джакомо не доверял Маргарет: слишком сильно он недооценил ее с самого начала.

— Чего еще вы хотите? — спросила она. — Убить меня?

— А что мне остается? После того как вы отняли у меня любовь всей моей жизни.

— Какая неблагодарность! Это я привела ее к вам в объятья.

— Франческа была для вас лишь пешкой. Так же, как и я. И Гретхен. И даже Дзагури!

— Сообразили наконец-то. И теперь вы и правда думаете, что можете напугать меня своей шпагой? Вы получили то, что хотели. Если хотите убить меня, нарушив данное вами слово, так сделайте это. И побыстрее.

Джакомо не ожидал такой отчаянной храбрости. Графиня вновь загнала его в угол. Но убить ее — это не то что выстрелить в Дзаго. Она женщина. И хоть принадлежность к прекрасному полу не делала ее менее виновной и жестокой, Казанова никак не мог решиться.

Тогда он задал ей единственный вопрос, который на самом деле волновал его. Джакомо не знал, что произойдет, если она откажется отвечать. Возможно, ему придется прибегнуть к пыткам.

— Где теперь Франческа?

Графиня разразилась хохотом. Джакомо почувствовал, как в глубине его души зарождается ярость. Словно гигантская волна, она постепенно поднималась, лишая его способности ясно мыслить. Он закрыл глаза, собираясь с духом для смертельного удара. И вдруг что-то произошло: раздался звон. Колокольчик?

Джакомо открыл глаза и увидел следующее: стена, к которой только что прислонялась Маргарет, закрывалась у него перед носом.

Графини и след простыл.

Казанова услышал металлический лязг и все понял: по всей видимости, в стену был вставлен скрытый механизм, позволявший закрывать и открывать проем.