Книга Семь воронов, страница 35 – Маттео Струкул

Пока произносила эти слова, озноб пробежал по спине. Сжимала рукоятку ножа со всей силы, как будто от этого зависела ее жизнь. Может, так оно и было.

Фульвио вытаращил глаза.

– Чокнутая дура! – заорал он. – Думаешь, ты лучше меня? Как же? Шлюха! – Теперь его слова сочились ядом.

– Пошел вон отсюда! – прокричала она.

Он натянул футболку.

– Ну еще не конец! – пригрозил.

– Именно – конец.

– Не рассчитывай на это, паршивая дрянь.

– Пошел вон из моего дома!

– А то что ты мне сделаешь? Муженька позовешь? – и на этот раз Фульвио злобно ухмыльнулся.

Анна молчала, надеясь не выказать терзавший ее страх.

Он попятился.

Она не оставляла ему пространства для маневра и напирала, выставив вперед огромное лезвие кухонного ножа.

Сообразив, что Анна не намерена отступать, Фульвио вскинул руки.

– Хорошо, хорошо, ухожу, не волнуйся. Не собираюсь ни на секунду задерживаться в этом гадючнике. Но клянусь тебе, дорогая, рано или поздно ты заплатишь мне.

Его слова повисли в воздухе, словно запах прокисшего молока.

Он открыл дверь и наконец-то ушел.

А Анна стояла и смотрела, как Фульвио топает к соседнему дому. Она все еще размахивала огромным ножом, словно пилкой для ногтей.

Ее трясло. Она не знала, сколько простояла с ножом в руках, словно потеряв счет времени. Боялась, что он вернется и порвет ее на куски. Фульвио – такой человек: мог быть жестоким и не принимал отказов.

Как только отпустило, сознание тут же перенесло ее на три месяца назад, когда они только начали спать с ним. Она решилась на это, чтобы отомстить Риккардо. Взять реванш, после того как оказалась практически устраненной, забытой и одинокой. Начиналось все, в общем-то, даже очень неплохо. Она снова почувствовала себя нужной, даже снова желанной. А ведь уже и забыла, что это значит.

Так, день за днем, при каждом удобном случае, звала Фульвио составить ей компанию. Трахались в каждом углу. Даже в дровяном сарае, и ей все нравилось. Риккардо и в голову не приходило, что она способна изменить ему. Много лет назад, наверное, еще и пришло бы – в тот период, когда он ударился в работу, словно пытаясь хоть что-то предложить ей взамен, будто ее красота, о которой говорили мужчины, – кредит и он обязан его оплатить любым образом. Знал, что сам не особо привлекателен, но так и не понял, что для нее это не имело никого значения.

Когда они познакомились, Риккардо был очень милым, заботливым, обходительным. Радовал ее и при любом случае – куда бы они ни шли – старался открыть дверь и пропустить ее первой. Ей очень нравились его галантные манеры вместе с волевым и решительным характером. Но с годами, по мере того как рос его авторитет, ее значение стремилось к нулю; предпринимательская деятельность, в которой Риккардо мечтал преуспеть, в конце концов стала единственным смыслом его жизни. В итоге Анна почувствовала себя не просто забытой, а практически вычеркнутой из жизни.

Об этом она и думала.

А потом осознала, что, верно, прошло уже несколько часов.

А если Марко сейчас войдет? Увидит ее такой – все еще грязной от прикосновений другого мужчины, испуганной и с ножом в руке. Что он скажет тогда?

Анна сунула нож в ящик комода. Поднялась на второй этаж и пошла в ванную. Нужно принять душ. Очиститься.

Она стояла под горячими, как кипяток, струями, пытаясь избавиться от пятен позора, оставленных на коже руками Фульвио. Как ей только пришло в голову отдаться такому, как он? Сейчас она не могла в это поверить. Было одно желание – забыть. Мало-помалу вода с мыльной пеной, которой она бережно натирала руки, плечи, шею, лицо, смывала злобу, страх и отвращение.