Книга Семь воронов, страница 29 – Маттео Струкул

Марко подумал, что вечером у Майкла на ноге раздуется синячище размером с дыню. Неделю по крайней мере ходить не сможет. А если не повезет, вылезет также и бурсит.

Но подумал об этом без сожаления.

Зои вернулась ближе к вечеру. Потратила утро, опрашивая соседей профессорши Росси, но так ничего и не раскопала и была изрядно подавлена: складывалось ощущение, что она столкнулась с какой-то тайной, словно убийца продумал все и очень внимательно выбирал для себя жертву. Ничего не бросало и тени сомнения на жизнь Никлы Росси. Если бы у бедняги имелся хотя бы ревнивый жених или обозленный ученик, вероятно, инспектор нашла бы какие-нибудь зацепки, определила, куда двигаться.

Но нет, похоже, она сейчас далеко-далеко даже от надежды разрешить загадку. Каким путем следовать, неизвестно. Она находилась в маленьком поселке с заповедной природой – прекрасной и дикой. Если бы только могла, сразу переехала бы сюда. Любила свой родной Беллунезский край с его сказочными горами и верила, что эта земля воздаст ей должное, поскольку местные, по всей видимости, живут в гармонии с окружающей средой, принимая как должное ее уклад и прихоти. Жилищ немного, стоят на значительном расстоянии друг от друга; вокруг тишина, заснеженные вершины смотрят свысока на маленькую долину, где аккуратно примостился поселок, сейчас укрытый белоснежным покровом. Шпили церковных колоколен возвышаются над покатыми крышами домов со стенами из грубого камня.

Зои вошла в трактир. Языки пламени мощно выплясывали в камине. Давно не виданная картина открылась ее глазам.

Трактирщица Рауна, держа в руках латунную паяльную трубку, раздувала огонь, чтобы он не затух. Ее мягкие щеки напряглись и из-за жары покраснели, как спелые яблоки. Воздух старуха поддавала с большой осторожностью, демонстрируя необыкновенное умение. На миг Зои задумалась о своем деде, который зимними ночами так же поддерживал огонь.

Улыбнулась.

Кажется, она вернулась в детство, и ее девчачье, почти забытое состояние примирило ее с сегодняшним вечером.

Рауна положила трубку.

– Ну как ты, девонька?

Зои не удивилась такому доверительному обращению. В конце концов, трактирщица походила на ровесницу самой долины и заслужила право обращаться к кому угодно как ей заблагорассудится.

– Не хотела обидеть тебя, – продолжила старуха, – но ты такая молодая, напоминаешь мне внучку, которой у меня никогда не было. В любом случае, если тебе неприятно…

– Я не обиделась, – перебила ее Зои.

– У тебя взгляд потерянный.

– Потому что именно так я себя и чувствую. – Она сняла меховую парку и повесила на деревянную вешалку.

Рауна помотала головой. Ее длинные седые волосы слегка колыхнулись при этом.

– Не все можно объяснить. А уж зло и того сложнее.

Зои вздохнула.

– Наверное. Но предполагается, что я обязана разобраться.

Старая трактирщица улыбнулась.

– Ну что ж, трудная у тебя задача.

– Знаю.

– Я тебе одну вещь скажу. И надеюсь, ты поймешь все правильно. Ты ведь приехала из города с самыми добрыми намерениями. И это тебе делает честь. Но здесь жизнь протекает по-другому. Этот мир, окутанный снегом и сном предков, не такой быстрый. Традиции и память здесь значат много, и, я подозреваю, что-то этакое пробудилось спустя много лет.

Слова ее прозвучали странно. Зои почувствовала загадочный тон, словно голос Рауны нес отголоски древности, шепоты духов прошлого.