Книга На самом деле я убийца, страница 13 – Терри Дири

– Вздумаешь жаловаться на неподчинение, я пожалуюсь на сексуальные домогательства.

– Ты ничего не докажешь. Свидетелей не было. И я тебе ничего не сделал. Да и вообще, такое происходит сплошь и рядом. – К сожалению, в 1973 году это было правдой.

Ледяным, как ветер с Северного моря, тоном я отрезала:

– Запомни, придурок: ты будешь констеблем до конца своих дней, а я однажды стану твоей начальницей.

Он хмыкнул:

– Ну конечно! Твой папаша был суперинтендантом, и ты воспользуешься этим, чтобы получить сержантские нашивки. А у меня папочки в полиции нет.

–Мой отец был старшимсуперинтендантом.

Грейторикс скривил губы.

– Это смотря кого слушать, – буркнул он.

– В смысле?

– Отца и спроси, – ответил он и развернулся ко мне спиной.

– Он научил меня раскрывать преступления. Поэтому я стану инспектором в Департаменте уголовного розыска, а ты так и будешь морозить себе задницу на ночных дежурствах. Но я не воспользуюсь его репутацией – я поступлю туда, потому что хороша в своем деле.

Он сдулся, как шарик со вчерашней вечеринки.

– Женщин в инспекторы уголовного розыска не берут.

– А меня возьмут, – был самый дерзкий ответ, пришедший мне в голову. Звучало здорово, но даже я сама не была в этом уверена. Я знала, что если смогу с помощью своих детективных умений отыскать наемного убийцу, это сильно продвинет меня на карьерном пути. Я сунула блокнот назад в планшетку и постучала по ней, словно там лежал приказ о моем повышении.

Что в действительности так и оказалось.

Он вздохнул:

– Слушай, Алин, дорогуша, мы с тобой на одной стороне. Не будем ссориться. Ты собиралась дать мне свой адрес.

– Смена закончилась, – объявила я, притворяясь, что тоже вздыхаю.

До участка он тащился позади меня, как верный пес. Сидя в раздевалке, я поняла, что обеспокоена куда больше, чем готова признать. Я провела там не меньше четверти часа – пока Грейторикс не убрался к себе в общежитие, – прежде чем переодеться в гражданское и подойти к стойке дежурного. Сержант за стойкой дремал.

– Привет, Джона, – обратилась я к нему. – Прости, что разбудила.

Он встрепенулся.

– Я не спал. Просто дал глазам отдых. Эти лампы дневного света – сущее наваждение. Работать тут по ночам – сущий ад.

– На улице под северным ветром – вот где настоящий ад, – возразила я.

– Не. В аду жарко, – ухмыльнулся дежурный.

Спор, в котором не победить. Проблемы других всегда тяжелей твоей.

– Как подать жалобу на офицера полиции?

Он поморгал, внезапно полностью проснувшись.

– Никак. Это подрывает моральный пух в подразделении.

–Моральный дух, ты хотел сказать? Вряд ли Грейторикс что-то знает о морали. Я уже устала от его приставаний.

Джон состроил изумленную гримасу.

– Только не Джек! Он отличный парень. Согласен, хорошенькое личико он не пропустит, но ты совсем не в его вкусе.

– Ну спасибо тебе, Джона, – едко сказала я и развернулась, готовясь уйти.

Он крикнул мне в спину:

– Я посмотрю, что можно сделать.

Я ему не поверила.

Домой я ехала на раннем автобусе, полном шахтеров и рабочих с верфей, торопящихся на утреннюю смену. Суровые мужчины – но исключительно вежливые. Мне было просто необходимо поспать хотя бы часов шесть, чтобы выдержать следующее мое субботнее испытание. Включающее «Ангельский пудинг» со вкусом карамели.

4

Рассказ Джона Брауна

Воскресенье, 7 января 1973 года, 6 часов утра