Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 231 – Юнь Хуянь

Дун Юэ кивнула:

– Одно время я чувствовала себя огнем в наших отношениях, а он всегда был как лед. Я разозлилась, перестала с ним общаться, не отвечала на звонки, заблокировала в WeChat, но каждый день ждала, что он придет меня искать. Думала, что с его твердым характером придется мне первой идти на контакт, но кто бы мог подумать – два дня не мог со мной связаться и уже занервничал, прибежал в ночной клуб искать меня… Глубокой ночью на улице рассказал мне много-много о прошлом, но я не очень понимала. Я спросила его, если он не серийный убийца, почему тогда добровольно взял на себя такое обвинение? Он сказал, что тогда заканчивал школу, понимал, что не поступит в университет, будет трудно найти приличную работу, тетя собиралась его выгнать, даже жить негде было, он очень отчаялся насчет будущего, чувствовал, что жизнь бессмысленна, хотел все бросить и считал, что лучше умереть, спасая кого-то, и тут как раз подвернулся такой случай. Ради репутации той девушки он сгоряча взял вину на себя, вот так просто, особо не думая о последствиях… Я спросила его, почему сейчас, спустя десять лет, не пойдет в полицию и не расскажет правду. Он сказал, что то дело в западном пригороде было громким, если его пересмотреть, обязательно будет много публикаций в СМИ, и это навредит той девушке, а она недавно вышла замуж, хорошо живет, надо еще подождать. Я сразу разозлилась, спросила, не любит ли он ее до сих пор. Он долго-долго смотрел на меня, потом сказал «нет», всего одно слово, но сказал так серьезно, что я сразу поняла: он по-настоящему любит меня…

Дун Юэ отвернулась, вытерла глаза и продолжила:

– Я прямо спросила его: если ты больше не любишь ее, почему ко мне всегда так плохо относишься? Он опять сказал «нет» и замолчал, я так разозлилась. Мы стояли на большом мосту, я отвернулась, смотрела вдаль, не обращала на него внимания, не разговаривала. В тот вечер был сильный ветер, мне надуло в глаза, и я почему-то заплакала. Он сразу растерялся, начал с рвением объяснять: говорил, что за восемь лет в тюрьме многое понял, что в жизни все предопределено, что делать и чего не делать – все уже небом решено. В тюрьме он каждый день мечтал выйти, а когда вышел, обнаружил, что большинство людей снаружи тоже заперты, но в другой клетке, и не могут пошевелиться. Он все повторял, что в метро в час пик воняет хуже, чем в камере, поэтому он стал ко всему равнодушным… Недалеко от моста, где мы стояли, проходил железнодорожный мост, и оттуда как раз отправлялся поезд, зеленый вагон медленно-медленно стучал колесами. Глядя, как он уходит вдаль, я сказала: «Ты не боишься, что однажды я сяду на поезд, уеду и не вернусь?» Он тихо обнял меня сзади за плечи и сказал: «Нет, куда бы ты ни уехала, я найду тебя…» После того как я отправилась сюда, я все время ждала, что он придет искать меня, но он не пришел, так и не пришел…

Печаль охватила сердце Го Сяофэнь, она не могла говорить, и Ма Сяочжун поспешил спросить Дун Юэ:

– После твоего отъезда он действительно совсем не связывался с тобой?

Дун Юэ покачала головой:

– Ни сообщений, ни WeChat, ни одного звонка. Я подумала, может, все так и закончилось, как мой отъезд, – внезапно. Он просто ушел, попрощался с местом, где провел несколько лет… На самом деле я все время думаю о нем, беспокоюсь…