Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 178 – Юнь Хуянь

Это была тридцативосьмилетняя женщина, худая как щепка, в модном ярком парижском пальто из осенне-зимней коллекции, с толстым слоем пудры и кроваво-красной помадой на продолговатом лице. Выпирающие зубы не позволяли ей полностью сомкнуть губы. После всех этих рыданий, истерик и кривляний пудра и помада размазались, обнажив морщины в уголках глаз и поры размером с макароны – лицо стало похоже на миску с соусом из жареных бобов.

Когда Линь Фэнчун уже начал раздражаться от манерности этой женщины, Тао Жояо сделала нечто совершенно неожиданное – попыталась повторить знаменитую сцену с Шэрон Стоун из «Основного инстинкта», соблазнительно раздвинув худые ноги в черных чулках и закинув их одна на другую.

Линь Фэнчун, которого прозвали «Бабушка Линь» за его исключительное терпение, на этот раз разозлился и с грохотом ударил по столу для допросов:

– Тао Жояо, встань немедленно!

От его голоса стены допросной задрожали, и Тао Жояо испуганно подскочила со стула.

– Ты видишь это? – Линь Фэнчун указал на золотой полицейский герб на стене и гневно продолжил: – Это закон государства! Все полтора миллиарда человек должны его соблюдать и защищать, без исключений! Неважно, кто ты, какая у тебя должность – перед законом все равны! А ты тут устраиваешь цирк! Кем ты себя возомнила?!

Тао Жояо стояла на месте, дрожа всем телом.

– С того момента, как ты вошла, сколько спектаклей ты разыграла! И что, помогло? Ничего не помогло! Ты нарушила закон, теперь честно признавай вину и принимай наказание по закону. Об остальном даже и не думай, бесполезно! – Тетушка Линь все же не был человеком, склонным к гневливости, и видя, как Тао Жояо, сжимая края одежды, беззвучно рыдает, постепенно смягчил тон: – Поняла свою ошибку? Если поняла, садись и честно отвечай на вопросы, хватит устраивать ненужные представления!

Тао Жояо энергично закивала и села обратно на стул.

И вот что, с ее слов, случилось тем вечером. В четыре часа дня Тао Жояо, выступавшая в качестве почетного гостя на мероприятии по безопасности для молодежи в одной из ключевых начальных школ города, внезапно получила звонок от Чжан Чуньяна.

С тех пор как она обручилась с Цзян Лэем, она перестала тайно встречаться с Чжан Чуньяном. Но по телефону он говорил ей очень развратные, соблазнительные вещи, от которых Тао Жояо аж покраснела. Зная, что Цзян Лэй уехал по делам в Гонконг, и понимая, что после скорой свадьбы у нее вряд ли будет возможность для тайных встреч с Чжан Чуньяном, она согласилась на его предложение. После собрания она поехала в отель «Хэфэн», где Чжан Чуньян уже ждал у входа. Они вошли через черный ход в корпус E, поднялись пешком на четвертый этаж в комнату Тао Жояо, немного перекусили и готовились уже предаться страсти, когда позвонил Син Цишэн. Он сообщил по телефону, что у него срочное дело и он хочет встретиться с ней в отеле лично. Тао Жояо прикинула время и велела Син Цишэну ждать ее звонка в главном корпусе.

– Во сколько Син Цишэн сделал этот звонок? – вставил Линь Фэнчун.

– Точно не помню… Наверное, чуть позже семи.

– Син Цишэн сказал, что уже едет?

Тао Жояо утвердительно кивнула. Она объяснила, что хотя звонок Син Цишэна был некстати, Чжан Чуньян был полон страсти, и они быстро вернулись к прежнему настрою. Но в самый пик Чжан Чуньян вдруг дважды вскрикнул и упал на нее, его тело затряслось в конвульсиях, изо рта пошла пена, и он потерял сознание.