Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 139 – Юнь Хуянь

К сожалению, сотрудник выставочного отдела прямо сказал Хуянь Юню и Ли Чжиюну:

– Менеджера Сунь сегодня нет, она уехала по делам. – Когда на их лицах отразилось разочарование от напрасной поездки, он поинтересовался: – А зачем вы ее ищете? Хотите забронировать выставочный зал? – И достал журнал регистрации из светло-голубого лотка для документов на столе.

Ли Чжиюн поспешно сообщил:

– Мы приехали не для бронирования.

Лицо сотрудника помрачнело:

– Тогда зачем вам менеджер Сунь?

Ли Чжиюн потянул Хуянь Юня за рукав, и они поспешно покинули офис выставочного отдела.

– Почему для бронирования выставочного зала нужно записываться в журнал? – пробормотал Хуянь Юнь. – Даже на дополнительные занятия в начальной школе записываются через компьютер…

Им пришлось изменить план и сначала отправиться в корпус E гостиницы «Хэфэн» для расследования ситуации с «Благотворительным фондом любящих сердец». По дороге Ли Чжиюн, ведя машину, наставлял Хуянь Юня:

– Я не то чтобы очень близко знаком с тамошними людьми, все-таки они наше «вышестоящее начальство», все до единого считают, что наш кусок хлеба – их милость, поэтому всегда держатся высокомерно. Когда придем, не болтай лишнего: если раскроемся, будут проблемы.

Гостиница «Хэфэн» сильно отличалась от «Яньчжао». Если последнюю можно сравнить с ворчливым старцем, живущим прошлым, то первая была как зрелая женщина, скрытая в глубоких покоях, но полная очарования. Хотя внешние стены ее были сложены из тигровых камней, местного продукта с Западных гор, и выглядели внушительно, но внутри, помимо главного величественного здания отеля, у прудов с лотосами, среди искусственных гор и цветочных клумб располагались небольшие особняки разных архитектурных стилей, не выше четырех-пяти этажей – словно виллы из района Бадагуань в Циндао увеличили и разбросали в саду, разбавляя пейзаж.

Корпус E был спрятан глубже всех. Сначала предстояло пройти через белые лунные ворота, затем по извилистой галерее, увитой лианами, и только тогда показывалось белое здание. Охранник у входа, увидев Ли Чжиюна, кивнул и пропустил их. От дверей в глубь коридоров уходил толстый красный ковер, который поглощал звуки шагов. В здании тоже стояла тишина, словно массивные стены, темно-коричневые деревянные двери и тусклые настенные светильники создавали здесь свой часовой пояс.

У лифта они столкнулись с мужчиной с большой головой и тощим телом, похожим на проросший боб. Хуянь Юня насмешило то, как Ли Чжиюн представил его:

– Это товарищ Доу, наш заместитель начальника офиса, отвечает за внутренние дела – конкретно за все, что происходит в этом здании. – Фамилия товарища Доу на редкость хорошо отражала и его внешность, ведь Доу в переводе – это боб.

Замначальника Доу выглядел нездоровым, с озабоченным выражением лица, постоянно доставал из кармана брюк мятые салфетки и сморкался.

– Чжиюн, что тебя сегодня привело? – осведомился он.

– Все из-за дела Чжоу Липина! – улыбнулся Ли Чжиюн. Они заранее спланировали такой ответ. – После того, что он натворил на Саошулин, полиция приходит в нашу компанию «Минъи PR» по восемь раз на дню. У директора Чжэна голова кругом идет, боится, что полиция зацепится за какую-нибудь оговорку. Поэтому он послал меня и этого новенького сотрудника, Чжана (он указал на Хуянь Юня), узнать, приходили ли следователи сюда с новыми вопросами в последние дни и как вы отвечали, чтобы мы могли согласовать показания.