Книга Зверские убийства в Тенистой Лощине, страница 46 – Джуно Блэк

– Это, должно быть, бешеный зверь, раз он набросился на мистера фон Биверпелта и бедного Отто?! В конце‑то концов, что у них общего? Да ничего! – закричала Эдит.

Вера услышала последние слова Эдит и обменялась многозначительным взглядом с Ленор. Слова бобрихи не были лишены смысла. Чтоу этих двоих общего? Вере ничего не приходило на ум.

– Пруд? – тихо высказала предположение Ленор так, что ее могла слышать только Вера. – Отто там жил, а фон Биверпелт работает рядом. Кто‑то по неизвестной причине пытается прогнать всех с пруда?

Вера задумалась.

– Рядом с прудом живет семья сурков, у северной оконечности. Мы можем спросить у них, не видели ли они чего‑нибудь подозрительного.

– И предупредить их.

– Конечно, – согласилась лиса.

Однако в глубине души Вера не думала, что пруд имеет какое‑то отношение к отравлениям. Чего можно добиться, отгоняя от него зверей? Пруд всегда был там! Кроме того, чтобы действительно оттуда всех отпугнуть, нужно закрыть лесопилку. Она сама проверила эту идею на фон Биверпелте, хотя и считала подобную возможность нелепой. Она просто пыталась шокировать бобра, чтобы тот заговорил. Но теперь, когда Ленор предложила в качестве мотива контроль над прудом, Вера задумалась, не пытается ли кто‑то на самом делезакрыть лесопильный завод. Даже думать об этом было ужасно. Город зависел от завода; саботаж в таком случае окажется хуже убийства.

В это мгновение пастор откашлялся, и Вера была вынуждена прекратить свои размышления и вернуться к действительности. Пастор Джеймс «Дасти» Конкерс был тощим североамериканским зайцем. Одевался он неряшливо, имел взъерошенный вид, но был искренним и исполненным благих намерений. Он проходил обучение на обширных равнинах на западе и уже давно служил разъездным священником в приходах лесных сурков в нескольких округах. Пастор работал по много часов, часто в опасных условиях, благодаря чему заработал авторитет, на завоевание которого у большинства священнослужителей уходит много лет.

Пастор Дасти еще раз откашлялся и жестом попросил тишины.

– Братья и сестры Тенистой Лощины, сегодня мы собрались здесь, чтобы проститься с одним из наших собратьев, который покинул нас слишком рано, – обратился он к горожанам. – Хотя самец жабы, возможно, не был самым приятным в общении существом, он очень давно проживал в Тенистой Лощине, и никто не станет отрицать, что после ухода Отто Зумпфа наш городок не останется таким, как прежде.

– Да, теперь будет поспокойнее, – прозвучал голос из толпы. На него тут же шикнули.

Пастор Дасти бросил взгляд в сторону прервавшего его зверя и продолжил свою надгробную речь:

– Отто тяжело сходился с другими горожанами. Он приехал к нам издалека, из страны, лежащей за морем, где снег идет почти круглый год. В таком месте жить тяжело, и Отто уехал оттуда и объездил весь мир, прежде чем поселиться в Тенистой Лощине. – Голос Дасти стал громче, когда он вошел во вкус. – Отто работал много лет, служил моряком, был лодочником и грузчиком и даже шпионом. Да! – Пастор Дасти закивал, услышав ропот в толпе. – Во время Третьей Войны Аллигаторов он сидел глубоко в Великом Зеленом Болоте! Готов поспорить, лишь немногие из вас об этом знали. Он действовал смело, с презрением относился к опасностям, поджидавшим его на самых сложных водных путях по болоту, и доставил немало сведений повстанцам. Его работа спасла много жизней, и именно там он научился ценить молчание и тишину. Служба научила Отто мало рассказывать о себе. После заключения мирного договора он снова отправился на север и наконец нашел место, которое смог назвать своим домом: пруд в Тенистой Лощине, где он прожил до последнего дня.