Книга Как выжить в книжном клубе, страница 67 – Виктория Дауд

— Нет, нет. Фотоснимок с двумя девочками. Я бы вам показала, но он испачкан блевотой.

— Урсула, — рявкнула мама, — прошу тебя!

— На фотографии, которую миссис Ангел решила унести с собой в могилу, есть маленькая собачка. Ее любимая. Это она. — Я указала на картину. — Собачка, которую миссис Ангел повесила над каминной полкой и которую держала в руках в свой последний миг, — Мими. Миссис Ангел — девочка на фотографии.

— И что?

— Как ты не понимаешь? Она жила в этом доме с детства и не была служанкой. Это ее дом!

— Был ее, — машинально поправила меня тетя Шарлотта.

До них наконец дошло.

— Похоже, ты знаешь об этих людях очень много, — сказала Мирабель. — Что еще ты от нас скрываешь?

— Не обязательно бросаться обвинениями, Мирабель. Я лишь пытаюсь собрать воедино некоторые мысли.

— Ты обвиняешь нас всех, Урсула.

— Нет, я…

— Тс-с-с, — шикнула мать.

Она задумалась. Я легко определяла, когда это происходит: у нее делался еще более страдальческий вид, чем обычно.

— По-твоему, весь этот огромный особняк принадлежал Ангелам?

Она сказала это с таким презрением, что я усомнилась в своей догадке.

— Подумай сама, мама. Миссис Ангел была не просто экономкой. Она вела себя как хозяйка.

— Ах, ради бога, Урсула. Откуда тебе знать? Обычная прислуга.

— Мама, если бы ты не относилась к людям как к вещам, то заметила бы…

Мирабель встала.

— Не смей так говорить с матерью! Мне надоело смотреть, как ты ее изводишь. После всего, что она для тебя сделала, могла бы проявить хоть немного уважения.

Все долго молчали. Нас вернул к реальности тихий бой часов на каминной полке, будто время решило начать новый отсчет.

— Мы должны действовать сообща, иначе погибнем, — сдержанно произнесла я.

Мирабель передернула плечами.

— Она права. — Тетя Шарлотта уставилась на пустой камин. — В доме нет ни одной семейной фотографии. Все следы настоящих владельцев удалены. Это сделано для того, чтобы скрыть их личности.

— Зачем? — с нарастающим раздражением спросила мама. — Какой смысл им был ютиться здесь, в двух заставленных мебелью комнатушках, если в их распоряжении весь дом?

— Деньги, — оживилась тетя Шарлотта. За последние десять минут она стремительно поумнела. — Посмотрите вокруг: дом разваливается, сад неухожен. Два человека на весь особняк — готовить, убирать, прислуживать. Ангелы владеют…

— Владели, — перебила ее мама.

— Владели поместьем, а средств на содержание не хватало. Они начали его сдавать, притворяясь персоналом. Сначала они говорили, что хозяева — частная семья, потом придумали управляющую компанию. Все делали сами. Кто захочет, чтобы их обслуживали разорившиеся аристократы? Они обосновались здесь, убрав из дома все личное, чтобы никто не заподозрил, что они и есть хозяева.

Прошептав последнее слово, тетя Шарлотта с исключительно довольным видом откинулась на спинку кресла.

Мы посидели еще немного в маленькой гостиной, набитой воспоминаниями, словно заваленная хламом лавка старьевщика.

Неожиданно из спальни донесся протяжный жалобный стон. Мы замерли и переглянулись. За стоном последовало слабое царапанье, как будто кто-то скреб ногтями паркет.

— О боже, привидения! — воскликнула тетя Шарлотта. — Они вернулись сторожить свой дом.

Она метнула на нас безумный взгляд.

— Или один из них не умер, — предположила Мирабель.