Онлайн книга «Песнь лабиринта»
|
– Всего. Марк, я… мне так тоже хорошо, но я хочу с тобой. Чтобы не пальцы, а… Я хочу все. – Точно? – Было какое-то тайное темное удовольствие в том, чтобы спрашивать ее об этом еще и еще, чтобы снова убеждаться, что она хочет, готова, согласна и просит сама. Слышать это звучание. Теперь такое, как нужно. Без примеси страха или неуверенности в собственном желании. Одно лишь горячее безоговорочное ошеломляющее «да». Она кивнула и потянулась к нему. – Иди сюда. – Марк обнял ее, усадил рядом, а сам, наклонившись за коробкой, переместился к изголовью и полусидя откинулся на подушки. Алис взглянула на него с любопытством. – Я подумал, что тебе лучше все контролировать самой. Так ведь? – Марк смотрел на нее, и на ощупь, не глядя, вскрыл упаковку, вытащил квадратик фольги, надорвал его. – Заберешься на меня верхом, как в машине. А там решишь – хочешь ты все или… не все. Она смущенно фыркнула: – Есть и такой вариант? – Любой, какой захочешь, – усмехнулся он. – Помоги. Алис облизнулась, взглянув сначала на его напряженный член, а потом на него из-под ресниц – зовуще, приглашающе, так, что внутри снова плеснулась неконтролируемая черная волна жара. Темная вибрация, опасно отдающаяся во всем теле. Мать твою, нет. Только не это. Это надо было остановить, удержать. Сосредоточиться… Но Алис будто специально его дразнила: провела ладонью по члену и только потом взялась за презерватив. – Вот так же, да? – Она ловко скатила латекс вниз, снова провела ладонью. – Да. Новая вспышка тьмы прошибла вместе с зазвеневшим в паху напряжением, отчего эрекция мгновенно стала запредельно сильной. Марк снова сосредоточился на Алис, на том, что чувствует в этот момент она. Это для нее. Сейчас все – для нее, и он не должен, не имеет права… Не просто не имеет права – ему нельзя, нельзя проваливаться в свои фантазии. Он обещал – себе и ей, – что удержит зверя, у него получалось, он же мог! Нет, нет, не думать… Не думать о девушке в красных туфлях. Обо всем, с чем этот образ связан – с самой юности, с подростковых лет, когда он узнал про деда. Или раньше. Не думать о своих руках на ее шее, о том, как несколько раз с ним случалось это: когда зверь брал власть. Об оглушающем ужасе оттого, что он делал такое – даже с Одри Ламбер, – когда, пьяный, едва соображающий, отдавшись фантазиям и вообразив, что слышит то самое нужное ему звучание, тянулся схватить партнершу за шею. Он останавливался. Все было не то. С Одри тогда он очнулся – он же помнил это, – очнулся с отвращением, когда понял, что вообразил то, чего нет. А сейчас, с Алис… Черт, он этого не ждал. Он не думал. Ее звучание внезапно оказалось подлинным, настоящим, оно оглушало, оно словно меняло сознание, и вместе с ним всплывали видения: те туфли в лесу, силуэт девушки, бегущей среди деревьев. Дыхание зверя. Все кошмары. Либидо и мортидо… Черт подери! Марк шумно выдохнул. Попытался заземлиться, вернуться в реальность. Неважно, что он там слышит, важно, что нужно сейчас Алис. Он должен слышать не себя и то, что пробуждается внутри, а быть внимательным к ней, как это сделал бы нормальный мужчина на его месте. Быть внимательным, когда для нее это в первый раз, быть бережным и нежным, быть хорошим Марком. Он может, у него же получалось – сосредоточиться на ней, просто… |