Книга Отголоски прошлого, страница 49 – Анастасия Ватутина

Яна в одиночестве допивала свой утренний кофе, хмуро глядя на стекающие по оконному стеклу капли дождя. Елена Львовна сегодня к завтраку не вышла, и девушка размышляла, не заглянуть ли к соседке, чтобы удостовериться, все ли с той в порядке. Однако нарваться на очередную репетицию жизненного финала не хотелось, поэтому Яна ограничилась тем, что, проходя по темному коридору, ненадолго притормозила у ее комнаты прислушиваясь. Из-за тонкой двери раздавалось приглушенное бормотание, Елена Львовна явно с кем-то беседовала. Яна слегка удивилась, что в столь ранний час она уже принимает гостей, но быстро выбросила соседку и ее утреннего визитера из головы: если у нее посетитель, значит, чувствует она себя вполне нормально.

В магазине за кассой снова стояла Маргарита, но вопреки обыкновению выглядела напряженной и нервной. Прическа растрепалась, край блузки выбился из-за пояса брюк и некрасиво топорщился. Увидев Яну, Маргарита удивилась, но быстро взяла себя в руки.

– А, Яна, это вы. Прошу прощения, нужно было вас предупредить: сегодня мне нужно сделать кое-что в магазине, поэтому можете взять выходной.

– Может, вам помочь? Сегодня по плану поставка, я могла бы принять товар и разложить по полкам.

– Нет-нет, – Маргарита замахала руками и вышла девушке навстречу. – Я справлюсь сама, а вы отдыхайте. – Маргарита аккуратно развернула Яну к выходу и легонько подтолкнула. – Наверняка вам есть чем заняться, вот и используйте внеплановый выходной с пользой.

Яне не оставалось ничего иного, как попрощаться и снова выйти под непрекращающийся дождь.

Маргарита была права, выходной случился неожиданно, но очень кстати – можно поехать в архив и просмотреть старые газеты в поисках заметки о смерти Симоны. Но в архиве Яну сразу же постигло разочарование.

– Боюсь, в советское время нечасто можно было найти в газетах заметки о преступлениях, а уж тем более о самоубийствах, – сказала сотрудница отдела периодики, сочувственно глядя на Яну. – В СССР была жесткая цензура, и подобные статьи просто не пропустили бы. Новости должны были демонстрировать силу советского народа, показывать, как счастливы граждане СССР и совершенно точно никто не выпустил бы в печать заметку о том, что молодая девушка покончила жизнь самоубийством.

– И никаких некрологов? Или чего-то подобного? – девушка предприняла еще одну попытку узнать хоть что-то.

– Сожалею, но в газетах пятидесятых вы вряд ли найдете что-то полезное.

Яна вздохнула, и сотрудница, сжалившись над ней, предложила:

– Большинство изданий у нас уже оцифровано, можете попробовать поискать информацию в каталоге по ключевым словам, но мой вам совет, не сильно надейтесь на успех.

Она проводила Яну к компьютеру, показала, как пользоваться программой, и неслышно удалилась.

Яна приготовилась печатать и замерла. Кроме имени и адреса, где жила Симона, ей ничего не было известно о девушке. Она даже фамилии ее не знала. И зачем вообще сюда пришла? Глупая затея. Ни на что не рассчитывая, Яна вбила в строку поиска единственное, что знала о призрачной девушке – ее имя. Уже кликнув по кнопке «Найти», она спохватилась, что не выбрала временной интервал, но делать нечего, придется ждать, пока программа выгрузит все результаты. Запрос долго обрабатывался, и Яна даже подумала, что компьютер завис, но машина сделала последнее усилие, зажужжала, пикнула и на экране появилось несколько ссылок. Девушка нажала на первую и начала читать.