Книга Холодный ветер, страница 47 – Пейдж Шелтон

– Уже не болит, – солгала я.

– Конечно, это ужасно и отвратительно, но интереснее, что за человек положил ее в сарай. Или не человек…

Я снова кивнула.

– В смысле я не понаслышке знаю, что можно жить так, что тебя каждую минуту могут убить. Если у нее так было, мне легко поставить себя на ее место. И я понимаю, что шансов уйти у нее было немного и выпадали они нечасто. Не удивлюсь, если все из-за насилия в семье. Такого везде полно, а здесь в особенности.

– На Аляске? – Я отхлебнула холодного пенящегося пива.

– Это всегда часть общей картины, понимаешь, сколько-то на душу населения, а душ у нас меньше, чем много где. Кроме того, люди едут сюда, чтобы спрятаться, чтобы удрать, и, бывает, прячут собственную жестокость. – Серена пожала плечами. – Потом, никогда не знаешь, во что человек превратится зимой. Если зима тяжелая, могут случиться всякие гадости.

Я обдумывала ее слова; наверняка была какая-то неуловимая связь между событиями, которую мы подсознательно чувствовали, но никак не могли ухватить.

– Грустно это все.

Серена снова пожала плечами.

– Не все здесь такие. Я приехала, чтобы от этого избавиться. – Она задумалась, глаза смотрели в никуда. – Здесь для меня и многих других – место спокойствия и безмятежности. Не могу представить, что живу где-то еще.

Я подняла кружку.

– Давай за это выпьем!

Мы чокнулись.

– Что ты знаешь о Рэнди? – спросила я.

– Держит «Лавку». Насколько я помню, ни на день ее не закрывал. Заказал для меня особенное пальто, что я хотела. Мне он нравится.

Я поняла, что не говорила Серене про его дом на рисунке Энни, но рассказывать не стала.

– Он первым услышал девочек, – повторила я фразу из своего первого повествования. – Уверена, что именно они издавали те звуки, что слышал он, а потом и я.

– Ясно. Ну и что?

– Не знаю.

– Думаешь, он как-то связан с девочками?

– Не совсем. Скорее, хочу узнать, кто с ним накоротке и бывал у него дома, видел, кто там еще живет.

Я не сомневалась, что Грил спросит у отца девочек, знаком ли он с Рэнди, особенно после того, как Энни нарисовала здание, похожее на его дом. Но мне было интересно, уловили ли эту связь другие.

Серена снова задумалась.

– Я у него не была и не знаю никого, кто бывал. Никогда не слышала о нем в связи с маленькими девочками. Судя по твоему описанию, я их не знаю. – Серена замолчала. Потом сдвинула брови и выпрямилась. – Я кое-что вспомнила: когда он только приехал, он был женат.

Я немедленно проглотила пиво.

– Вообще об этом не знала.

– Его жене тут не понравилось. Попробовала вязать, но и это ей не понравилось. В итоге она уехала. Думаю, поэтому я ее и запомнила: она как-то пришла на занятие по вязанию, но ушла с середины.

– В самом деле?

Серена нахмурилась.

– Она была на таком взводе все время. Представляешь, спрашивала всех, как они здесь живут без нормальных телефонов и интернета. Не могла уложить в голове, что звери вокруг просто ходят сами по себе.

– Не могу поверить, что мне никто про нее не рассказал.

– Скорее всего, просто забыли. Она была тут очень недолго и на занятиях устроила огромный скандал. Ну и память у меня хорошая, такая не у всех.

«У Орина такая», – подумала я, но не стала говорить вслух. Правда, Орин говорил, что переехал вскоре после Рэнди.

– Помнишь, как она выглядела? – спросила я.