Книга Беглец. Несправедливо обвиненный, страница 94 – Дж. М. Диллард

* * *

Кимбл вышел из лифта на верхнем этаже и, следуя указателям, уверенно пошел к Большому залу, где проходила конференция. Перед закрытыми дверьми стоял служащий отеля, который при виде Кимбла преградил ему дорогу. Он взглянул на пиджак Кимбла в поисках пластиковой карточки с фамилией, потом вежливо улыбнулся и сказал доверительно, словно по секрету:

– Извините, сэр, но сюда вход разрешен только зарегистрировавшимся участникам.

Кимбл приподнял служащего за локти, отставил в сторону и распахнул двери.

В зале не было ни одного свободного места, и к этой аудитории с высокой сцены обращался доктор Чарльз Николс.

– Я хочу выразить особую благодарность научным сотрудникам, которые помогали мне…

Увидев Кимбла, Николс внезапно замолчал и схватился за кафедру обеими руками, словно боясь потерять равновесие.

Сидящие в конце зала обернулись к Кимблу, недовольные тем, что кто-то осмелился помешать докладчику.

– Ричард… – прошептал Николс.

Кимбл шел к сцене по красной ковровой дорожке. В первый раз за эти дни он не опасался, что его увидят, и не боялся говорить в полный голос.

– В чем дело, Чарли? Ты удивлен?

Николс завороженно смотрел на него, не в состоянии ответить.

– Сайкс не справился со мной год назад, почему же ты решил, что ему это удастся сейчас?

По залу пробежал приглушенный шепот, от задних рядов к сцене, по мере того как Кимбл проходил мимо знакомых, сидевших здесь: Джейк Робертс, Тим Прайс, Моу Фалави.

«Это он… Это Ричард Кимбл».

Кимбл обвел глазами публику, но никого конкретно не увидел. Он видел одного лишь Николса, обращался лишь к нему, словно во всем зале они были только вдвоем.

– После того как погиб Ленц, – громко и отчетливо сказал Кимбл, перекрывая гул аудитории, – ты был единственным, кто имел доступ к отчетам гематологов.

Николс попытался взять себя в руки, он еще крепче вцепился в кафедру, когда Кимбл подошел к сцене.

– Отчеты? – выражение его лица было непроницаемым. – О чем это ты?

– Ты подменил срезы ткани и подтасовал данные в отчетах, чтобы RDU90 получил одобрение.

Новая волна недоуменного шепота прокатилась по залу. Николс недоверчиво усмехнулся, хотя глаза его оставались серьезными.

– Ричард… – он покачал головой с каким-то подобием улыбки. – Я не понимаю, о чем ты говоришь…

Кимбл остановился в проходе прямо напротив кафедры и взглянул на Николса с нескрываемой яростью.

– У меня есть подлинные образцы срезов.

Он стоял достаточно близко и поэтому мог прочесть все в глазах Николса: они сузились от злобы и страха.

– И тебе почти удалось протащить препарат, Чарли.

Но я знаю все и могу доказать это.

Двое мужчин в упор смотрели друг на друга; потом Николс поднял руку, как бы призывая аудиторию к спокойствию.

– Дамы и господа! Мой… друг, как вы видите, очевидно, не совсем здоров, – он отодвинулся от микрофона и произнес тем же покровительственным тоном, что и Уолтер Гутери: – Ричард, если ты хочешь поговорить…

– Я пришел сюда не для того, чтобы разговаривать с тобой.

Николс отшатнулся, столь сильна была ненависть в голосе и во всем облике Кимбла, потом все-таки овладел собой и пошел к выходу со сцены. Кимбл двигался по проходу перед сценой параллельно ему, мимо столиков, за которыми молча сидели ошеломленные люди. Он вышел из зала вслед за Николсом.

В коридоре Николс вдруг бросился бежать по направлению к холлу с баром. Кимбл влетел туда, отстав на три шага, и… пошатнувшись, упал, сраженный обрушившимся на него стулом.