Книга Беглец. Несправедливо обвиненный, страница 25 – Дж. М. Диллард

Когда он зарывал в листву пропитанную кровью тюремную одежду, Кимбл не мог не задуматься над иронией судьбы: несправедливый приговор привел к тому, что он был вынужден совершить свое первое преступление.

* * *

Инспектор Пул устроила временную штаб-квартиру в палатке неподалеку от места происшествия. Туда быстро подтянули электричество и телефон от линий, идущих вдоль железной дороги. Джерард сидел за раскладным столиком, заваленным картами этого района – все они были испещрены пометками и красными кружками. Но в данный момент он не занимался картами, а внимательно разглядывал фотографию, на которой был изображен Ричард Кимбл.

Автобус, который вез заключенных, направлялся в Менард – не очень-то приятное местечко. Туда обычно отправляли крутых ребят, осужденных за наиболее жестокие преступления. И тех, кого ждал смертный приговор. Что бы ни сделал этот Кимбл, видимо, было не самым лучшим поступком. Скорее всего, он кого-то убил.

Хотя в его глазах было нечто такое, что смущало Джерарда. Он видел сотни тысяч фотографий преступников, и ему было знакомо выражение глаз убийцы: холодная злоба, или какое-то ненормальное удовольствие, или вызов, иногда – что хуже всего – безразличие.

Но выражение глаз Кимбла было не похоже ни на одно из тех. В них был гнев, может быть, даже враждебность, но не очень явная. Было там что-то, что очень смущало Сэма Джерарда, не давало ему покоя, и этому он вначале даже не мог найти определения. Но он заставлял себя размышлять, анализировать, потому что для него не было ничего важнее правды. В глазах Кимбла читались ужас и еще какое-то чувство, настолько сильное, что Джерарду, который имел дело в основном с жесткими полицейскими и закоренелыми преступниками, потребовалось немало времени, чтобы найти, наконец, верное определение этому взгляду.

Безысходная тоска.

Тогда это могло быть преступление на почве ревности, совершенное в момент приступа гнева, о котором впоследствии он сожалел?

Но если это так, то ему должно было грозить что-то гораздо менее серьезное, чем тюрьма Менард.

В другом конце палатки инспектор Пул слушала какое-то сообщение по радио, затем повернулась к Джерарду.

– Найдены следы крови в трех километрах отсюда к юго-западу…

– Определите группу и сравните с группой крови всех заключенных, – не задумываясь ответил Джерард.

Пул кивнула и взяла трубку. Джерард обернулся к Ренфро.

– Ренфро, пошлите по факсу фотографии Кимбла во все местные больницы.

Он на минуту замолчал, потом позвал:

– Ньюмен!

– Слушаю, сэр, – Ньюмен стал навытяжку, не хватало только щелкнуть каблуками. Он внимательно ко всему прислушивался и был готов выполнить любое задание.

Джерард зло усмехнулся про себя, но на его лице ничего не отразилось. Всю эту неделю он и его подчиненные развлекались, издеваясь над новичком, и все эти шутки были тем более смешны, что Ньюмен чрезвычайно ловко на них попадался.

– Мне хочется кофе.

Разочарованный Ньюмен сник и пошел выполнять поручение, а Джерард снова уставился на снимок Кимбла.

Кого же вы убили, доктор Ричард Кимбл? И за что?

Ну, кто бы он ни был, Джерард позаботится, чтобы Кимбл уже никого больше не смог убить. Никогда!

Он оторвался от фотографии, услышав крик со стороны места столкновения, где рабочие разбирали обломки.

– Эй, тут один парень… живой!