Книга Отец парня. Ты моя страсть, страница 64 – Елена Смелина

Я осторожно поворачиваю голову. Рома спит рядом – полуобнаженный, лицо расслаблено, губы чуть приоткрыты. На щеке бледный след от пореза, на виске тень щетины. И всё это – не сон.

Сердце сжимается. Я должна радоваться, но внутри странная тяжесть.
Он слишком спокоен. Слишком уверен.
Мужчина, привыкший брать, а не просить.

Я смотрю на его плечи, на сильные руки и думаю, что, наверное, уже не смогу вернуться назад. Но и идти дальше страшно.
Роман Савин не из тех, кто заводит серьезные отношения, а тем более женится. У него слишком много женщин. Слишком много жизни за спиной.
А я – просто история, которая закончится, когда он скажет «довольно».

Он шевелится, тяжело выдыхает и чуть сжимает пальцы на моём бедре. Я замираю, делая вид, что всё ещё сплю, но его ладонь уже движется – медленно, лениво, будто проверяя, на месте ли я.

– Ты не спишь, – глухо произносит он. В голосе сонная хрипотца.

Я открываю глаза. Он смотрит прямо на меня – усталый, но с тем самым взглядом, от которого у меня сбивается дыхание. Тёплый, тёмный, с опасной искоркой в глубине.

Он тянет меня ближе. Его грудь горячая, дыхание тяжелое, и я чувствую, как напрягается его тело. Без слов – только движение, касание, тихий вздох у самого уха.

Я хочу что-то сказать, но губы не слушаются. Только шепчу:
– Рома…
Он отвечает поцелуем. Сначала лёгким, почти дразнящим, потом глубже, настойчивее. Его ладонь скользит по моей спине, опускается ниже, и всё внутри снова дрожит.
Я понимаю, что должна остановить – но не могу.
Тело узнаёт его раньше мыслей.

Он прижимает меня ближе, губы касаются шеи, по коже бегут мурашки. Всё, что было ночью, вспыхивает заново.
– Я не насытился, – шепчет он у самого уха, голос низкий, с легкой усмешкой.

Я улыбаюсь, хотя внутри всё переворачивается. Его рука задерживается на талии, движения ленивые, уверенные, будто спрашивают без слов: ты со мной?
Я не отвечаю – просто подаюсь ближе.

Он прижимает крепче, губы находят ключицу, оставляют легкий след. Я тихо выдыхаю, пальцы сами цепляются за его плечи.
– Не смотри так, – шепчу, когда он поднимает глаза.
– Как? – губы едва шевелятся, и в его взгляде уже нет сна, только желание.

Я не успеваю ответить – он снова целует. Мир сжимается до этого поцелуя, до его рук, до дыхания, сбившегося у нас обоих.

И вдруг – резкий стук в дверь.
Короткий, властный, как выстрел.

Роман замирает. Ладонь всё ещё держит меня, потом резко отстраняется. В его взгляде – раздражение и напряженная собранность.
– Черт… – выдыхает он.

Садится на край кровати, проводит рукой по лицу, будто стирая остатки сна и страсти.
– Прикройся, – бросает коротко, уже натягивая рубашку.

Стук повторяется.
– Войдите, – произносит он не оборачиваясь.

На пороге появляется Ржавый. Взгляд цепкий, чуть усталый. Он мгновенно считывает обстановку, но не комментирует.
– Извини, что без предупреждения, – говорит спокойно. – Сергей в пути. Уже выехал из Алма-Аты, будет с минуты на минуту.

Роман замирает, будто в груди что-то хрустнуло.
– Сергей?..
– Он звонил с дороги. Узнал, что ты был в больнице, и сорвался сюда.

Я отступаю на шаг. Холод прокатывается по коже.

– И ещё, – добавляет Ржавый. – Баратов сам себя переиграл. Завод купил, а там – пусто. Тахир вывез всё ценное заранее. Теперь пусть сами грызутся.

Роман коротко усмехается, безрадостно.
– Что ж… справедливо.