Книга Запретная месть, страница 80 – Аймэ Уильямс

— Белла… — мои пальцы впились в Айфон так сильно, что пластик затрещал. К горлу снова подступила желчь, но на этот раз тошнота не имела никакого отношения к беременности.

— Как давно ты спишь с человеком, который пытался меня убить?

Марио превратился в натянутую струну, его тело вибрировало, словно он почуял источник угрозы. Но здесь не нашлось врага, с которым можно сразиться, не нашлось цели, которую он мог бы устранить привычным точным выстрелом.

Это эмоциональные ранения и всё его мастерство против них бессильно.

— Всё не так, как ты думаешь, — прошептала я, хотя мы обе знали, что это ложь. Слова горчили, как пепел.

— Неужели? — Её смех был лишен тепла — лед и сталь, голос донны, которой ей всегда суждено было стать. — Потому что я думаю, что моя лучшая подруга — женщина, которой я доверяла, — трахается с монстром, державшим мою падчерицу под прицелом. С человеком, который пытался уничтожить мою семью. Который пытался убить меня, помнишь?

Мой телефон пискнул, принимая сообщение. Экран заполнили фотографии, каждая — как нож в сердце: мы с Марио у клиники, его рука по-хозяйски лежит на моем животе, будто он имеет право на эту нежность. Наш поцелуй в гараже, отчаянный и грубый. Мы на катере, я в пиджаке Марио…

Предательство, запечатленное в безупречном качестве.

— Ты помогала ему? — Её голос дрогнул, и этот звук что-то надломил во мне. — Ты была с ним всё это время? Даже когда он покушался на мою жизнь? Боже, Елена… он угрожал моим детям. А ты все это время сливала ему информацию?

— Нет! — крик вырвалсясам собой, в нем слышалось отчаяние. — Белла, клянусь, я бы никогда…

— Не смей. — Это слово полоснуло меня, как ледяная бритва. Моя милая подруга исчезла. На её месте восстала жена Маттео ДеЛука, донна самой могущественной семьи Нью-Йорка. В её голосе звучала вся власть её положения и холодная ярость преданной женщины. — Не смей мне лгать. Не после всего, через что мы прошли. Джонни, те ночи, когда ты утешала меня, пока я рыдала по родителям… Хоть что-то из этого было настоящим? Или я была просто очередной мишенью в твоей игре?

Слезы застлали глаза, горячие и неудержимые. Это ведь было неизбежно, верно? Нельзя жить в двух мирах так, чтобы один из них не сгорел. И вот теперь всё полыхает синим пламенем.

— Конечно, всё было по-настоящему. Ты моя лучшая подруга… — я запнулась на этих словах. Воспоминания хлынули потоком: как я поддерживала Беллу во время панических атак, помогала планировать свадьбу, как она сжимала мою руку, когда впервые показывала мне снимки своих близнецов на УЗИ. Тысячи моментов искренней любви и дружбы теперь отравлены предательством.

— Подруга так не поступает! — её голос сорвался, в нем перемешались гормоны и невыносимая боль. — Подруга не спит с мужчиной, который… который…

Она замолчала и я услышала характерные судорожные вздохи — верный признак начинающейся панической атаки. За годы дружбы я изучила эти симптомы досконально: тяжесть в груди, мир, уходящий из-под ног.

Руки зачесались — мне до боли хотелось утешить её, как я делала бесчисленное количество раз. Мышечная память буквально кричала: «Помоги!», даже когда пропасть между нами росла с каждым вдохом.

— Который что? — голос Марио прорезал моё чувство вины, как лезвие. Он придвинулся ближе, прижавшись к моей спине — так близко, что Белла, скорее всего, его слышала. — Тот, кто разгадал ложь Джузеппе? Кто пытался помешать Маттео стать именно тем, кем хотел его видеть старик?