Книга Запретная месть, страница 38 – Аймэ Уильямс

Его челюсти сжались, но руки остались нежными, когда он протянул мне платок с монограммой — герб ДеЛука словно насмехался надо мной своим символом семейной верности.

— То, что Шиван знает, ничего не меняет, — произнес он, хотя в глазах мелькнуло что-то опасное. — Она ведет свою собственную игру.

— Игру, в которой у неё все козыри. — Мой голос дрогнул. — Если она расскажет Энтони…

— Не расскажет. — Его уверенность заставила меня поднять взгляд. — Шиван О'Коннор не станет тратить столь ценный рычаг давления впустую.

Он помог мне сесть на мраморную столешницу; его руки задержались на моей талии. Мягкое освещение ванной выхватило седину на его висках, подчеркивая сходство с Маттео — тот же защитный инстинкт, едва скрытый под маской расчетливого контроля.

— Ирландцы перевозят оружие через судоходные маршруты Энтони, — доложила я, пытаясь сменить тему, пытаясь игнорировать то, как от его близости сердце пускается вскачь. — Используют легальный бизнес как прикрытие для… — Очередная волна тошноты оборвала меня.

Ладонь Марио нашла мою поясницу, выводя медленные круги, которые каким-то образом успокоили бурю в желудке. Этот жест показался пугающе интимным — куда более интимным, чем любые наши горячие моменты или тайные встречи.

— Ребенок на первом месте, — тихо произнес он. — Важнее разведданных, важнее мести, важнее всего.

— Почему? — Я встретилась с его глазами в зеркале, увидев там нечто, от чего перехватило дыхание. — Я всего лишь очередной актив. Способ получить информацию об империи твоего брата.

Его вторая рука легла мне на шею; большой палец скользнул по пульсу.

— Ты пытаешься убедить меня или себя, мой юный стратег?

— Марио…

— Когда ты уже признаешь, что это давно перестало бытьпросто бизнесом? — Его голос упал до низкого рокота, и, несмотря на тошноту, внизу живота разлилось тепло. — Что, возможно, существуют игры, в которых стоит проиграть?

Его пальцы коснулись моего живота, посылая электрический разряд по всему телу.

— Некоторые игры меняют игроков так же сильно, как и правила, — промурлыкал он хрипло.

Я повернулась к нему лицом; нас разделяли дюймы.

— А что будет, когда все поймут, что ты ведешь совсем другую игру? — прошептала я.

Звук приближающихся голосов и цокот каблуков в коридоре заставили его отпрянуть с проклятием.

— Мы не закончили этот разговор. — Его темные глаза просканировали ванную, прежде чем остановиться на узком окне под потолком. — Я найду тебя позже.

— Как ты вообще собираешься… — Но он уже двигался, используя полотенцесушитель как опору, чтобы добраться до окна с такой грацией, которая впечатляла бы, не будь она такой раздражающей.

— Кстати, — добавил он, замерев у окна и повернув голову ровно настолько, чтобы я увидела бесящую ухмылку на его губах, — передай моему брату, что над протоколами безопасности нужно ещё поработать.

И тут же исчез, ускользнув словно тень, ровно в тот момент, когда дверь ванной начала открываться.

Я уставилась на свое отражение, гадая, в какой именно момент эта игра перестала быть просто местью и почему это пугает меня сильнее, чем всё, что Шиван О'Коннор может сделать с новой информацией.

Позже, когда я координировала действия охраны, разруливая затор с парковщиками, я перехватила взгляд Шиван с другого конца зала.

Она подняла бокал с шампанским в едва заметном приветствии, прежде чем вернуться к деловым партнерам отца. Я мысленно поставила галочку, понимая: каждый союз и каждое наблюдение могут сыграть решающую роль в грядущие месяцы.