Книга Моя идеальная ошибка, страница 90 – Оливия Хейл

Алек: Охоту за сокровищами?

Изабель: У них после ужина обычно полно энергии. Не переживай, с домашней работой оба справятся.

Да. Это важно, но... как и играть. Я это знаю. Но никогда особо не вкладывался в то, чтобы это случалось. Всегда считал, что игра появляется сама собой. А задача родителей состоит в том, чтобы направлять к тому, что сами бы они делать не стали. Уроки. Фортепиано. Спорт. Языки. Дисциплина.

Так меня воспитывали.

И все же невозможно отрицать, как сильно на них влияют занятия с Изабель. Мини-дискотеки утомляют Сэма сильнее, чем все остальное, и даже Уилла начала просить о них, но с одним условием: Изабель нельзя крутиться.

Я вношу несколько заметок в повестку встречи, дополняя недоработанные пункты. Отправляю операционному директору письмо: надо обсудить слухи о забастовке в секторе возобновляемой энергетики и как она повлияетна нас.

И снова дисциплина дает трещину.

Алек: Жду с нетерпением. А что спрятала на этот раз?

Изабель: Пусть это будет сюрпризом и для тебя тоже.

Алек: Скрываешь что-то от своего начальника?

Изабель: Только то, о чем ему знать необязательно.

Я смотрю на ее имя на экране — шесть букв — и чувствую, как что-то сжимается в груди. Прошлой ночью стучался к ней, когда вернулся поздно, и она ждала.

Изабель слишком добра для этого мира. И уж точно слишком добра для меня.

Алек: Что сейчас читаешь? Один из порно-романов?

Я знаю, что она возмутится. Жду этого еще до ответа, и все равно усмехаюсь, когда тот приходит.

Изабель: Это РОМАНЫ, в которых просто есть откровенные сцены. И да. Я как раз собиралась рассказать, что происходит между героем и героиней, но теперь не расскажу.

Ха.

Алек: Дай угадаю. Они обмениваются сексуальными сообщениями, и герой только что описал, что сделает с героиней, когда вернется с работы.

На том конце тишина, и эта пауза вызывает улыбку. Да. Герой вполне может так сделать. У меня и самого хватает фантазий на тему Изабель. В последнее время они захватили слишком много пространства в голове, отвлекая, нервируя и возбуждая.

Из динамика резко раздается звук, и в комнате звучит голос моего ассистента.

— Пришел Дэвид Коннован, хочет с вами увидеться.

Я провожу рукой по лицу. Конечно. Кто-то в компании, скорее всего Лорен, слил ему информацию о встрече совета.

— Пусть заходит, — говорю я.

Тяжелая деревянная дверь в кабинет распахивается, и отец входит в пространство, которое раньше принадлежало ему. Густые седые волосы зачесаны назад, руки сцеплены за спиной.

Я поднимаюсь.

— Папа. Чем обязан такому удовольствию?

Он идет мимо книжных полок, время от времени задерживаясь у книг или безделушек на полках. Долго смотрит на фото внуков, которое я недавно туда поставил.

— Решил присутствовать на встрече совета, — говорит он. — В качестве молчаливого партнера, разумеется. Не стану вмешиваться в твои решения.

Конечно.

Но даже просто его присутствие уже вмешательство. Портит атмосферу за столом, где все наконец-то чувствуют себя уверенно. Сбивает выстроенную иерархию, которая, между прочим, работает четко.

Он бывший руководитель «Контрон». Не нынешний.

Отец поднимает бровь.

— Что-тоне так?

— Нет, — отвечаю я.

Он садится на стул напротив. Ниже меня сантиметра на два, покрепче в теле, но в остальном мы как две капли воды.

Люди обожают это отмечать.