Книга Моя идеальная ошибка, страница 81 – Оливия Хейл

— Доброе утро! — громко говорит Сэм.

Оборачивается ко мне, и на его пухлой щеке заметно пятно муки. Очки забрызганы тестом.

Я улыбаюсь.

— Доброе утро, ребята. Готовите блины?

— Да, — отвечает Уилла. Поднимает глаза на Алека. — Когда они будут готовы?

— Когда станут золотистыми, — он забирает лопатку и смотрит на меня.

Читал ли он вчера электронную книгу?

Но выражение лица Алеканичего не выдает.

— Доброе утро.

— Привет, — говорю я.

Уилла дергает его за рукав.

— Он не подгорает?

Алек опускает взгляд и качает головой.

— Нет, все в порядке. Давай, попробуй еще раз перевернуть. После завтрака, думаю, можно куда-нибудь сходить. Хотите?

Сэм тянется к сиропу, но я убираю тот подальше от его липких пальцев.

— Я думала, ты сегодня работаешь.

— Внес кое-какие изменения в график, — на секунду он бросает на меня взгляд, прежде чем налить новую порцию теста. — Кое-кто напомнил, как важно создавать воспоминания.

— А.

— Думал, свожу детей на пикник, — говорит он. — Ноябрь, конечно, но можно просто потеплее одеться. Возьмем мяч, бутерброды, найдем хорошее местечко в Центральном парке. Погода намечается солнечной.

— А потом купим мороженое, — заявляет Уилла.

Ее тон заставляет меня улыбнуться. Она редко формулирует что-то как вопрос, ведь усвоила, что утверждения чаще получают «да». Настоящая Коннован, пусть ей всего восемь.

— Снаружи может быть мороз, а тебе все равно захочется мороженого, — говорит ей Алек.

Она согласно кивает.

— Да.

Алек усмехается и перебрасывает еще один блин на тарелку.

— Значит, решено. Едем в парк.

Я смотрю, как он готовит точными, уверенными движениями. Видно, что делал это не раз. Что ему нравится.

Он настаивает, чтобы я позавтракала, а когда Сэм тянет меня за руку, уговаривая поехать в парк, соглашаюсь. Мы с Алеком молча собираем еду, и только детский смех нарушает тишину.

— Ты уверена, что все в порядке? — тихо спрашивает он. — Если у тебя другие планы...

— Нет, только вечером. Встречаюсь с Конни за выпивкой.

Он приподнимает брови, но лишь кивает.

— Хорошо.

Упоминание о его сестре делает тишину между нами гнетущей. Интересно, думает ли Алек о том же, что и я. Что бы она сказала, если бы узнала?

На улице холодно. Осень раскрасила Центральный парк в яркий калейдоскоп, а под ногами хрустят опавшие листья. Сэм держит Алека за руку, Уилла скачет впереди. Она совсем не похожа на ту девочку, которую я встретила в первый день, особенно рядом с отцом или друзьями. Будто забыла или забросила миссию проверять меня. Надеюсь, этот этап позади, но каждый раз, когда я так думаю, она напоминает: стены еще не рухнули.

Я украдкой смотрю на Алека. Его каштановыеволосы высохли, прядь спадает на лоб. Он серьезен, сосредоточен на детях, но когда взгляд скользит ко мне, я замечаю лишь натянутую между нами тайну.

Живот сжимается от предвкушения.

Читал ли он? Что подумал? Я не оставила там самое откровенное, но некоторые сцены были графичными. Детализированными. Язык не шокировал бы любителя романтики, но он ведь не из их числа. Может, он ужаснется. Возмутится.

Будет разочарован.

Сэм выбирает место для пикника и плюхается на землю, прежде чем мы с Алеком успеваем развернуть плед. Он валяется в листьях, изображая «снежного» ангела, и это заставляет нас всех замереть.

— У тебя необыкновенное воображение, — улыбаюсь я. — Поможешь нам с пледом?