Книга Один неверный шаг, страница 90 – Оливия Хейл

— Мое эго не настолько хрупкое, — осторожно замечаю я.

Она смеется.

— Нет, совсем не хрупкое. Может, попробуемвключить телефон и проверить Гугл-карты?

— Можно. Но не уверен, что стоит рисковать, по крайней мере, пока. Эта деревня кажется вымершей.

— Наверное, время ужина. Все сидят по домам.

— Или тут просто нечего делать. Она заброшена.

— Нет. Смотри, вон там цветочные горшки.

Это заставляет меня усмехнуться.

— Точно. Ну, нам, наверное, стоит вернуться на главную дорогу, туда, откуда начали.

Я разворачиваюсь у небольшой городской площади и возвращаюсь на проселочную дорогу. Гравий заставляет шины прокручиваться, совсем чуть-чуть, прежде чем они находят сцепление.

Когда я разгоняюсь на повороте, машину прошивает резкий, сильный толчок. Я немедленно бью по тормозам. Харпер издает короткий вскрик, вытягивая руки, чтобы упереться в приборную панель.

— Что это, черт возьми, было? — спрашиваю я. Машина в идеальном состоянии. Я нанимаю человека специально для того, чтобы тот следил за всеми автомобилями. Он приходит каждую вторую неделю и все проверяет. Доливает жидкости и бензин, моет и полирует кузов, вычищает салон до мелочей. Двигатель каждого автомобиля всегда работает как часы — мой техник педантично относится к замене масла — и я точно знаю, что шины в отличном состоянии.

— Звук был нехороший, — выдыхает Харпер.

— Шина, — говорю я с нарастающим подозрением. Чертова выбоина.

Я просто знаю это. Но мы застряли посреди дороги, поэтому осторожно даю немного газа и съезжаю на травянистый участок у обочины. Прямо рядом с домами, которые так стремились оставить позади.

Машина протестует.

Моя душа болит.

И все подтверждается, как только выбираюсь из кресла. Передняя правая шина, когда-то бывшая в безупречном состоянии, спущена. Черная резина разорвана, и вдоль неровного шва торчат лохмотья корда.

— Харпер, — зову я. Голос спокоен, несмотря на ярость, кипящую в груди. Надо было все-таки выбрать «Ленж Ровер». — Ты видела в этой деревушке какую-нибудь гостиницу? Потому что придется остаться на ночь.

Гостиница здесь есть.

Харпер заметила ее, пока мы проезжали мимо, и, заперев машину и прихватив вещи, тащимся к ней. Она расположена прямо рядом с крошечной церковью.

Гостевой дом «Корона».

Это старое каменное здание, снаружи припаркована одна-единственная машина. Значит, внутри кто-тодолжен быть. И действительно... кто-то есть. Женщина не поднимает головы, когда мы заходим в дверь, несмотря на маленький колокольчик, который радостно объявляет о нашем прибытии.

— Перси, это ты? — спрашивает женщина и переворачивает страницу газеты. Короткие седые волосы вьются вокруг головы, а на носу покоятся очки в красной оправе. Ее певучий акцент сильнее, чем те, что я слышал в Лондоне. — Кажется, завтра заглянут Харкорты с новой кроватью. Ты освободил желтую комнату?

— Простите, мэм, — говорит Харпер, — но мы не Перси.

Женщина поднимает взгляд из-за деревянной стойки. Декор — сплошная английская глубинка: цветочные обои и ковровое покрытие на полу.

Ее глаза округляются.

— О боже мой! Вижу, что не Перси. Прошу прощения. Вы за комнатой? — в ее голосе звучит почти надежда.

— Да, — говорю я. — У нас случилось происшествие прямо за углом, лопнула шина. Мы не сможем заменить ее до завтрашнего дня.

— О, боже, — говорит старушка, качая головой. — Какая жалость. Ну, комната для вас найдется. И горячая еда, если пожелаете, правда, придется сбегать к Итану через две улицы и забрать заказ там. Если только он не закрыл кухню пораньше. Он иногда так делает, если по телевизору идет хорошая передача.