Книга Редкий цветок для Дикого, страница 44 – Лина Мак

— Эту курицу старую запереть где-то вместе с ребёнком. Потом с ними разберёмся.

За что?

В себя прихожу оттого, что рядом кто-то всхлипывает. Открываю глаза и вижу напротив какую-то девушку. По одежде понятно, что она не простая дама с улицы. Да и по возрасту до тридцати ей ещё далеко.

Оглядываюсь вокруг и понимаю, что мы в подвале. Радует только то, что я знаю, что этот подвал находится во дворе дома Германа, и что здесь горит свет.

— Кто Вы такая? — спрашиваю осипшим голосом.

Во рту пересохло и слюней не хватает, чтобы смочить горло, но говорить нужно, так как нас здесь двое, и мы явно для чего-то нужны.

— Это ты во всём виновата! — резко выкрикивает девушка, и я морщусь от громкого звука. — Если бы тебя не было, всё было бы хорошо.

— Не ори, — отвечаю тоже резко, в голове звенит и так. — Я спросила, кто ты такая? — перехожу сразу на ты, так как вижу, что толку может и не быть.

— Марианна, — всхлипывает она. — Я должна была стать женой Германа.

— Как интересно, — киваю на её ответ. — И что помешало?

— Ты! — резко отвечает она, тыкая в мою сторону наманикюренным пальчиком.

— Ещё интереснее, — во рту вместо слюней начинает собираться горечь. — И чем же я помешала?

— Чем?! — взвизгивает Марианна, поднимаясь на ноги, а я подмечаю, что она просто модель с идеальной фигурой. Только заплаканная и с опухшим лицом.

— Перестань орать, — прошу, прижимая ладонь к вискам.

Пытаюсь сообразить, что же не так, пока меня не накрывает паника. Саша!

Быстро поднимаюсь с пола и спешу вверх по ступенькам.

— Откройте! — кричу что есть силы. — Выпустите меня!

— Не ори, — теперь пищит Марианна. — Если они придут, нам не поздоровится. Снова накачают какой-то гадостью.

Вижу, как она бледнеет, но мне всё равно. Там моя дочь!

— Откройте! — продолжаю кричать.

Дверь открывается так резко, что я выпадаю из неё и больно бьюсь коленями о кирпичный порог. В глазах темнеет от боли.

Рядом кто-то приседает. Размытым от слёз взглядом замечаю перебинтованные ладони, но рассмотреть никого не могу.

— Ты смотри, какая смелая, — над головой звучит голос отца Германа. — А куда же делась перепуганная девка, которую откачивали в больнице? Или тебе твоё отребье сил придаёт. Так я могу и с ней разобраться. Мне не нужны дети от проституток.

Не знаю, откуда во мне берутся силы, но я быстро дёргаюсь в сторону этогочудовища и впиваюсь в его рожу ногтями, раздирая её до крови.

В следующий миг отлетаю от него, чувствуя привкус крови во рту, и гул в голове становится сильнее. Не знаю, откуда во мне берутся силы, но опять поднимаюсь на ноги, пошатываясь, и в следующий миг оказываюсь прижатой к двери за шею. Воздуха не хватает, но терпимо. Снова деру чью-то руку, слушая мат и шипение. И опять удар.

— Прекратите! — сквозь туман в голове слышен визг Марианны.

— А что так? — а это уже презрительный голос Марата. — Она твоя соперница, ты должна быть благодарна, сучка такая. Твоя задача была только женить на себе Германа, а ты даже с этим не справилась.

— Как я должна была это сделать, если он даже видеть меня не хотел? — крик Марианны приводит в чувства. — Он никогда и не интересовался мной.

— Ну раз не интересовался, то твою тайну узнаёт твой папаша, — и столько презрения звучит в голосе Марата. — Я бы закрыл на это глаза, но раз ты не смогла выполнить условия сделки, значит, и я не буду.