Книга Редкий цветок для Дикого, страница 26 – Лина Мак

Но когда в слезах в коридор выскочила Саша и бросилась ко мне на руки, Дикоев-старший озверел.

Если бы не Димка, я не знаю, что бы он мог сделать. Но даже не это пугает. Страшно оттого, что этому Дикоеву-старшему хватило одного взгляда, чтобы увидеть сходство Саши с Германом.

За окном всё так же продолжается строительство новой детской площадки, поэтому наша прогулка сегодня, скорее всего, не состоится, да и страшно мне выходи́ть. Не могу собраться, а ещё я будто что-то упускаю.

Мысль мелькает внезапно, но я решаю долго не обдумывать её, а просто взять и позвонить.

— Ларочка, привет, моя хорошая, — здороваюсь с подругой.

— Ну рассказывай, кто такой крутой меценат в нашем городке, что уже все гудят о новой площадке в твоём дворе? — хихикает Лара, а я вроде и хочу удивиться, но смысла не вижу. В нашем городке каждый друг о друге всё знает.

— Лар, я тебе звоню по другому вопросу. Мне нужно поговорить с Русланом, можно? — перевожу тему разговора в другое русло.

— Вопрос интересный и немного нервирует.

— Ты только не нервничай, хорошо? Тебе нельзя, а я не знаю, как начать разговор с твоим мужем, потому что он всегда знает, что я хочу спросить, — образ Руслана пробегает в памяти, запуская дрожь по телу.

— Конечно, не нервничаю, — отвечает Лара, — вот только сейчас соберусь и приеду к тебе.

— Лар, мне правда нужно поговорить с Русланом, — говорю обречённо, так как по шорохам слышу, что Лара уже собирается ко мне. — А ты, вообще-то, на работе ещё.

— Алла, в чём вопрос? — спрашивает Лара, а я мнусь. — Привет, — раздаётся в трубку неожиданно нежное. — Вот, Руслан пришёл, передаю трубку.

— Слушаю, — спокойный голос Рысева звучит с другой стороны.

— Здравствуй, Руслан.

— Привет. Что случилось? — и сразу к делу.

— У меня сегодня был отец Германа. Я… в общем, он сказал такую фразу… эх, как бы это… — я растерялась. Не могу сообразить, что хочу спросить, и боюсь услышать ответ.

— Он мог сделать всё что угодно, Алла. Что в прошлом, что в настоящем, — ответ Руслана звучит как приговор, и от этого мне становится плохо. — Герман знает?

— Да, — голос садится.

— Вот и хорошо. Ты где сейчас? — спрашивает снова.

— Дома.

— Я сейчас наберу Ветру, пусть он пару ребят пришлёт к тебе. Они просто будут поблизости. Тебя предупреждаю, чтобы ты не начала бить тревогу, — Руслан говорит спокойно, но меня это не успокаивает.

— Мне это не нравится, — голос становится сиплым.

— Мне тоже, — задумчиво соглашается Руслан. — Но лезть к женщине — это уже низко, даже для Марата.

— А у меня такие хорошие ассоциации были с этим именем, — говорю невпопад, вспоминая старшего троюродного брата.

— Человек — это не только имя, Ал, — отвечает Руслан. — И ещё… Я бы тебе посоветовал всё-таки сознаться Герману.

— Я тебя не понимаю, — слишком быстро вставляю, слыша в ответ тяжёлый вздох. — Ладно, спасибо за помощь.

Быстро кладу трубку и вижу, что руки трясутся. Интересно, хоть кто-то ещё не догадался, что Саша — дочь Дикоева? Вероятно, кроме Германа таких не осталось.

2 года назад…

В клубе, куда пригласили меня Ветер и Рус, сижу сам не свой. Радует только то, что за окном ещё зима, и моё состояние можно спихнуть на хандру. Но это далеко не хандра, это осознание того, что я конченый идиот, который сломал жизнь самой преданной и любимой девочке. Который поверил тому, кому никогда до этого не верил. Услышал всех, но только не её.