Книга Укрощение строптивой в деревне, страница 26 – Лина Мак

Мне не нравится реакция на него, но и поделать с собой ничего не могу.

– Я собирала землянику и заблудилась, – отвечаю, но понимаю, что звучит это всё как-то совершенно неправдоподобно.

– Ты собирала землянику? – а вот от вопроса этого индюка неприятно покалывает в груди.

– Матвей, я, конечно, понимаю, что виновата перед тобой, но и ты сам виноват. Нечего было меня бросать в воду, – начинаю высказывать ему. – Так что мы с тобой квиты.

Но Матвей как стоял у дерева, так и продолжает стоять.

– Ты выведешь меня в Берёзовку? – спрашиваю, стараясь держать себя в руках.

Но и голова работает отлично. Если он здесь, значит, село недалеко.

– А что мне за это будет? – вопрос звучит так неожиданно, что я даже теряюсь сначала.

А вот Матвей, по всей видимости, нет. Он медленно отталкивается от дерева и идёт в мою сторону. Ещё хромает, но я понимаю, что, если побегу, вряд ли смогу далеко сбежать от него.

– Матвей, я прекрасно понимаю, что виновата перед тобой, но и ты не подарок, – быстро говорю. – Хочешь, я попрошу папу, и он пригонит тебе новую машину. На твоей же убиться можно. Как ты на ней ездишь вообще?

– Ты немного попутала, Золотко, – Матвей наступает на меня, уже пугая натиском, но не так сильно, как лес вокруг. Почему-то именно сейчас, когда вокруг нас начинает потрескивать воздух от напряжения, лес пугаетдаже сильнее Матвея. – У нас здесь не смотрят на то, сколько у тебя бабла на карточке. Здесь такса другая.

– Какая такса? Что ты несёшь? Я заблудилась, – стараюсь говорить спокойно, но выходит плохо.

– Тогда ты должна благодарить меня и радоваться тому, что я тоже решил сходить за ягодами, – улыбка трогает его сочные губы, а я понимаю, что сейчас будет самое интересное.

– Как интересно, – постукиваю себя по подбородку. – А несколько дней назад ты называл меня мажоркой и говорил, что уродливее не встречал. Но выходит, что сейчас я должна благодарить тебя?

– Да, и желательно на коленях, – его улыбка становится похожа на оскал, а вот мне уже не хочется дразнить его.

– Матвей, ты же сейчас шутишь? – спрашиваю, но сама слышу, что голос дрожит.

– Нет, Златовласка, – он быстро сокращает расстояние между нами. – Тебя давно пора наказать. И если уж ты знаешь обо всех моих пристрастиях, так будь добра, отработай мою разбитую машину.

– Не трогай…

– Ш-ш-ш, – мои губы накрывает палец Матвея.

Он медленно ведёт по ним, запуская по моему телу искры.

– Вот такая ты мне нравишься больше, – с хрипом говорит он и впивается в мой рот, будто это его собственность, прижимая меня к себе так, что между нами не остаётся ни одного миллиметра.

– Ой, а чего это вы тут удумали?

Матвей

Смотрю поверх головы Златы на шокированную Соньку и впервые за столько времени не знаю, что сказать.

– Так что вы здесь делаете, если уж первый вопрос вы не расслышали, – снова спрашивает сеструха.

– Сонь, ты должна была идти в другую сторону, – начинаю говорить всякий бред. – И вообще, кто с бабулей остался? Она же просила помочь с курями.

– Мотя, – тянет Сонька, и замечаю, что моя младшая сестра начинает соображать, но вот не в ту сторону, какую нужно.

А в какую нужно? Ты сам можешь понять, в какую сторону должен думать, Матвей?

– Тебя там папа искал, Моть, – Сонька быстро подходит к нам и хватает Злату за руку, оттаскивая от меня.