Онлайн книга «Сколько ты стоишь?»
|
-Какова была вероятность встретить эту семью спустя столько лет? - вымученно улыбнулась мама. - Я пыталась забыть. Райнер даже нашел для меня хорошего психолога. Боль и чувство вины притупились, но сегодня я расковыряла старую рану. Знать, что по твоей вине умер невинный человек - очень тяжело. Это слишком непосильная ноша. Мой крест, который я полжизни несу. -Что тогда случилось? Расскажи мне всё. -Господи, - отстранившись, мама зарывается пальцами в волосы и оттягивает их. - Ну что рассказать? Что? Многое я и так знаю. Что родители познакомились молодыми, им обоим было по 22. В 81-м в Алматы на гастроли приехалнемецкий театр из Темиртау - есть такой город в Казахстане. Мой отец - Вадим Шиллер - был, как говорила мама, из “золотой молодежи”, потому что отец работал в Министерстве экономики, а мама была заведующей ведомственным санаторием в горах Алматы. У их единственного сына было всё, вот только после их кончины - а ушли они один за другим в самый разгар перестройки - он не знал, как жить без их помощи. Голова у него, правда, работала и они с другом занялись коммерцией: привозили товар и машины из Европы. Поначалу все шло хорошо, но потом друг кинул его на большие деньги и сбежал за границу. А на папе остались все долги, который он закрыл, продав родительскую трехкомнатную квартиру в самом центре тогда еще столицы. -В то лето мы втроем жили в бабушкиной квартире, а она сама на даче. Был такой дачный городок “Широкая щель”. А может и сейчас до сих пор есть, - вздыхает мама. - Вадим стал много пить. Очень много. Потом у меня из кошелька начали пропадать деньги, а из дома - вещи. Ценные вещи моих родителей. Жить стало невыносимо. У него и так был непростой характер, чувство превосходства, безнаказанности. А алкоголь все усугубил. Он как с цепи сорвался и однажды напал на меня. Ты хотел меня защитить и Шиллер толкнул тебя. Ты упал, ударился головой о батарею. Увидев, что у его единственного сына голова в крови, он трусливо сбежал. А дальше ты попал в реанимацию. -Почему я этого не помню? -После травмы у тебя была кратковременная амнезия, но потом оказалось, что твой мозг заблокировал любые воспоминания о Вадиме. Когда он впервые ударил тебя, я подала на развод, сменила замки в квартире и сказала, чтобы он не приближался к нам. Квартира мамина, он к ней отношения не имеет, поэтому участковые пару раз увозили его. Потом нас, наконец, развели и на какое-то время он пропал. Позже он сошелся с какой-то женщиной…Собутыльницей. Но не знала, что она его подсадила на наркотики. -Наркотики? – глотаю ком, который скатываясь по пересохшему горлу, больно режет стенки. -Героин. Но это я узнала уже после того, как пришла к нему с просьбой подписать документы о твоем вывозе. К тому моменту я уже настроилась эмигрировать. Шиллер понял, что я продала квартиру и потребовал денег за свою подпись. Я ему заплатила и получила то, что хотела. Но этого ему оказалось мало. Как он потомрассказал в суде, он следил за мной в тот день. А я ходила к нашей бывшей соседке за вещами, которые у нее оставила. Когда я вышла, уже стемнело. В арке он нагнал меня, прижал к стене и приставил нож. Был не один, а с дружком. Таким же наркоманом, как и он. Шиллер начал шантажировать меня, что найдет тебя, похитит, накачает чем-то, если я не заплачу ему еще. Он так скатился, Роберт. От Вадима, которого я знала когда-то ничего не осталось. Я очень испугалась и начала кричать, звать на помощь. И вдруг дышать легче, потому что в арку забежал милиционер, оттащил Шиллера, повалил его подельника. Началась драка, неразбериха и…- мама начала задыхаться от слез и я метнулся к маленькому холодильнику, достал оттуда бутылку воды и протянул ей. Она дрожащими пальцами приняла его и сделала большой глоток. |