Книга Две жены моего мужа, страница 42 – Лия Султан

— Инди, прости, — мямлю, чувствуя как новая волна слез и паники накрывает меня. — Ты сильно занята?

— Что случилось? Ты плачешь? — тревожится она.

— Я…Индир, мне сейчас очень плохо. Мы узнали результаты. 99 и 9 процентов. Он отец ее ребенка, Инди! — всхлипываю я.

— Где ты? — строго спрашивает подруга.

— В машине. Можно я приеду?

— Давай сразу ко мне домой. Я тоже выдвигаюсь из студии, — велит Индира.

— Спасибо, — шмыгаю я.

— Сейчас успокойся, веди осторожно, встретимся у меня. Там и поплачешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Я знаю, что смогу выплакаться на ее плече, потому что мы с юности во всем друг друга поддерживали. И Индира права: сейчас мне надо как-то собраться, доехать без эксцессов и еще найти в себе силы придумать какую–нибудь легенду для Дили. Господи, что же я ей скажу?

Опускаю автомобильное зеркало и приглаживаю ладонями растрепанные волосы, а потом несколько секунд прожигаю взглядом собственное отражение. Что там Нурия говорила про джинов и шайтанов? Кажется, один из них только что вселился в меня, потому что ни с того ни с сего я начинаю истерично стучать по рулю и кричать на весь салон.

Квартира Индиры, которую она купила после развода, небольшая, но современная и уютная. То, что нужно, чтобы укрыться на время от всех невзгод. На мне домашний костюм подруги, который я надела после холодного душа. Мокрые волосы спадают на плечи сосульками, но мне все равно. Сижу по-турецки, обнимаю плотную подушку и смотрю в одну точку. За спиной Индира возится на кухне с доставкой из ресторана, а я все думаю, думаю, думаю…и ни к чему хорошему не могу прийти.

У подруги звонит телефон и я слышу, как она чертыхнувшись, идет в прихожую, чтобы ответить на звонок.

— Да? — бурчит она в трубку. — Да, у меня. Нет, Карим, она не хочет с тобой разговаривать.

Ага, думаю я, все-таки догадался, что я у Индирки, или моя мама меня сдала. А может и Диля, которой я соврала, что она плохо себя чувствует и я поехала ей помочь. Для моей дочери Индира все равно что родная тетя. Знаю, врать нехорошо, но не скажу же я ей, что мама послала папу в пешее эротическое, чуть не пожелала ему сдохнуть, и сбежала из дома.

На самом деле мама — форменная истеричка и ей надо остыть.

— Карим, ну что я сделаю, если она правда не хочет? Да, она поэтому отключила телефон.

Индира встает напротив меня и закатывает глаза. Я скрещиваю руки перед своим лицом, давая ей понять, что разговаривать я с ним не собираюсь, меня для него нет.

— Просто дай ей время прийти в себя, — настаивает подруга, а потом долго слушает моего мужа.

Откладываю подушку, хмурюсь и общаюсь с ней глазами: мол, что он там вещает? Она прикрывает телефон ладонью и шепчет:

— Он хочет, чтобы я его на динамик поставила.

Мотаю головой, но потом прикусываю губу. Индира расценивает этот жест как “добро”.

— Хорошо, говори. Только быстро, пока она снова не начала здесь все крушить, — предупреждает подруга и включает телефон на громкость.

— Зара, малышка… — севшим и взволнованным голосом зовет Карим. — Прости меня. Я не знаю, как это объяснить, но я сделаю все, чтобы вспомнить, что между нами произошло тогда. Я люблю только тебя, мне никто не нужен, кроме тебя. Клянусь. Просто прости…

Индира, видя, что у меня в глазах снова блестят слезы, резко выключает динамик и подносит трубу к уху.