Онлайн книга «Наследник дона мафии»
|
С трудом соображаю, что ответить, но отвечать не могу. Только киваю. И дышу рвано. Еще стону. — Так вот, она нам не понадобится, — продолжает мой жестокий муж и так же медленно погружает палец туда, где уже все пылает. Но мне мало пальца. Я хочу почувствовать там что-то большее. То, что сможет унять этот огонь. — Пожалуйста, Феликс, —бормочу и развожу колени. Цепляюсь за мужа, но он начинает меня целовать и спускаться ниже. — Мы еще немного добавим, — шепчет хрипло. — А я тобой еще полюбуюсь. Ты везде красивая. Охуенная… Легко касается губами живота, зубами поддевает резинку трусиков и тянет вниз. Стягивает, отбрасывает в сторону. Целует татуировку — обещал же! — и по цепочке вниз. — Нет! — хочу сдвинуть колени. Этой пытки я не вынесу. Но меня легко как бабочку раскладывают на кровати, и в ноющую плоть впиваются твердые губы. Мне остается только метаться по постели и хныкать. Я не представляла, что можно такое испытывать. Я не представляла, что Феликс может быть таким. И я не могу сейчас об этом думать, но я умру, если узнаю, что он еще кому-то делал такое. — Аааах… — вырывается из груди сдавленное, когда его горячий язык находит между складками твердый бугорок. Сладкие волны накатывают одна за другой. Я тону в этом омуте, пробую выплыть, но меня снова накрывает волнами. Не успеваю прийти в себя, как внезапно окутывает ощущение прохлады. Над ухом раздается хриплый шепот. — А ты на мою татуировку не хочешь посмотреть? Обессиленно моргаю. Мой муж возвышается надо мной, расстегивая ремень. Как я забыла, что мы его до сих пор не раздели? Но сейчас из меня помощник никакой. Пока я что-то слабо бормочу и киваю, Феликс сам избавляется от брюк и белья. А потом… Боги, лучше бы мы и дальше целовались. Меня о таком не предупреждали. С таким наперевес надо ходить, а не в брачную ночь. Он же мне до солнечного сплетения точно достанет… Видимо, на моем лице все отпечатывается, потому что Феликс ложится сверху, подминая меня под себя, и утыкается лбом. Целует в губы. Глаза, ресницы, виски. Снова в губы, раздвигает их языком, проталкивается в рот. Мне нравится с ним целоваться, и он это знает. Хитрый… — Миланка, не пугайся ты так, ты вся побелела, — он смеется мне в рот, а мне вот вообще не смешно. — Ты такой большой, Феликс… — шепчу, он снова целует и прижимается снизу. Вот этим своим… здоровенным… — Тебе понравится, вот увидишь, — вдавливается сильнее, — мы с тобой все сделаем правильно. Ты только не зажимайся. Постарайся расслабиться. И доверься мне. Я люблю тебя. Я так тебя люблю… Он разрывает поцелуй, спускается по шее к ключицам, к груди. И снованачинает играть на моем теле пальцами, губами, языком. И я сдаюсь, поддаюсь. Раскрываюсь. Сжимаю его большой член, увитый выпуклыми венами, глажу шелковистую головку. Он красивый, у меня дрожь по телу идет только от того, что его трогаю. Феликс рвано дышит, толкается мне в руку. Прикусывает плечо. Насаживаюсь на пальцы, которые находят влажный, разгоряченный вход. И сама не замечаю, когда пальцы сменяет тугая головка. — Ауччч… какая тесная… — муж шипит, упираясь локтями по обе стороны от меня. Я пытаюсь уползти вверх, чувство распирания слишком сильное. Но мужское тело чересчур тяжелое, из-под него не выбраться. Феликс вдавливается в меня, медленно, твердо. Я извиваюсь под ним, упираюсь в плечи, но он не останавливается. На его лбу выступила испарина, мне на ум приходит сравнение с перетягиванием каната. |