Книга Жена для огненного дракона, страница 66 – Анна Гале

— Для вас честь, что вас вообще позвали! — возмущённо зашипел упитанный.

— Почему не платил? — Гарион уставил на него немигающий взгляд.

— Так не с казны же поселения монеты для них брать! — тот возмущённо фыркнул. — Пусть благодарят, что даю им представления на праздники устраивать, — с еле уловимой угрозой добавил он.

— Если зовешь — плати, — отрезал Гарион. — Можешь брать из казны, потом расскажешь, на что потрачены монеты. Запретишь им выступать — у поселения будет другой глава. Слухи до моего замка доходят очень быстро. Оставь здесь прошения, рассчитайся с музыкантами и прочими артистами за те случаи, когда ты им не заплатил, потом вернёшься. Всё.

— Так за что им платить-то? — вытаращился упитанный. — Всего одну песню спели. Может, пусть пока вашу супругу развлекут музыкой? А потом, как вы уедете, я и выдам им монеты.

Поймав вопросительный взгляд Гариона, я качнула головой. Мне гораздо интереснее смотреть, что здесь происходит, чем слушать самодеятельный концерт.

Через полминуты глава поселения бодро зашагал к выходу, музыканты, благодаря и кланяясь Гариону, поспешили за упитанным.

— Садись, — муж кивнул на небольшое кресло.

Сам он подошёл к подоконнику. Там лежала серая стопка исписанных бумаг. Гарион взял верхний лист и быстро просмотрел его. Отложил, проглядел следующий, ещё и ещё, тратя на каждый по нескольку секунд. Толпа на улице при этом что-то вопила, видя правителя в окне.

— Ты так быстро знакомишься с прошениями? — поинтересовалась я.

— Если бы с прошениями, — Гарион хмыкнул. — Уже пятое послание о том, как меня рады приветствовать.

Он взял стопку бумаг и отправился на кресло-трон, по дороге засовывая под низ стопки ещё несколько посланий.

Настоящих прошений в стопке оказалось всего шесть. Двое поселян не поделили приплод от коровы, которую один продал другому. Вдова с пятью детьми просила понизить для нее семерину. Какой-то поселянин утверждал, что четыре года учился у лекаря, и теперь хотел сам принимать больных. Двое жаловались на постоянные кражи фруктов с плодовых деревьев. Ещё один просил подновить крышу дома за счёт казны поселения.

— Корову продал, значит, и ее приплод тоже принадлежит покупателю, —проговаривал Гарион вернувшемуся главе поселения, перебирая в руках шесть прошений. — Вдову от семерины освободить пока что на год. Дать ей денег из казны на корову, коз или кур, проследить, чтобы монеты были потрачены именно на это, и отчитаться мне.

— Господин Гарион, ваш батюшка в такие дела и не вникал никогда, — попытался вякнуть глава поселения и тут же умолк под взглядом дракона.

— Если лекарь подтвердит, что учил Вартина и что тот может принимать больных, так и пусть принимает, — продолжил Гарион. — Те, у кого воруют фрукты, сами разберутся — забор повыше ставить или собак во дворах заводить. Пока скажи стражу, пускай особо присмотрит ночью за теми дворами. А вот в честь чего тебе подновлять крышу дома за счёт казны? Ты не старик, не вдова с детишками, и жалование имеешь хорошее.

— Так ведь всегда при вашем ба… — глава поселения осекся. — Как скажете, господин Гарион. Подновлю за свой счёт.

— И смотри, узнаю, что прошения и жалобы у кого-то не принимаешь и мне не передаешь, — тут же лишишься места, — жёстко сказал Гарион.

На мой взгляд, лишиться места упитанному было бы неплохо прямо сейчас. Но хочет Гарион дать шанс главе поселения — его право.