Книга Мой верный, страница 128 – Эмилия Грин

Подняв голову, я встретился взглядом с Сашей.

Нахмурился, ощутив табуны мурашек вдоль позвоночника, в очередной раз отметив, каким самоуверенным я был. Привык все контролировать. Ага, как же! Один взгляд, и душа уже отдельно от тела.

Сахарова сдерживала улыбку, застенчиво прикусывая нижнюю губу, хотя от меня не укрылось, что кожа у нее под глазами слегка припухла. Снова плакала?

— Ты уже проснулся? — не слишком уверенно обратилась она. — Хотела устроить тебе сюрприз…

У Саши в руках был щенок. Достаточно взрослый, но еще не окрепший. Золотистый ретривер с блестящей шерстью цвета солнца. Он с любопытством смотрел на меня своими добрыми черными глазами-бусинами.

— Это еще что такое? — я поднялся, пытаясь справиться с тягучим комом в горле.

Да что ж за женщина такая?! Все нервы мне вымотала. Колдунья черноокая. Или персональная карма, настигшая в лице этой невинной нежной девочки с волосами цвета жидкого золота и глубокими, как самая беззвездная ночь, глазами.

— Я должна тебе кое в чем признаться, Артем. — Так пронзительно посмотрела своими широко распахнутыми глазами прямо в мою задымленную душу.

Поморщился от этого невыносимого контакта глаза в глаза. Острого, как бритва. Мозг плавился. Закусил щеку изнутри, чтобы не выдать своих истинных чувств, рвущихся наружу.

— Я прочитала твое детское письмо, — Саша издала короткий смешок. — Деду Морозу. Ты упоминал про собаку. Кажется, она раньше жила у вас в доме?

— Да, Бим, — подтвердил на автопилоте. — Он умер незадолго до моего десятилетия.

— Вот я и подумала… Что, если нам завести щенка?

Нам.

— Саш…

— Вчера вечером, когда мы с Толей ехали на корпоратив, он обмолвился, что в приюте ретриверов появилось несколько резвых красавцев на продажу, — затараторила Сахарова. — А я с детства мечтала о собаке, — она коротко звонко рассмеялась. — Хотела подарить тебе его в новогоднюю ночь, но приют сегодня работает последний день. А мне не терпелось поскорее его забрать! — И она пожала плечиками,крепче прижимая собаку к груди.

— Ну, раз ты с детства мечтала…

А что я еще мог сказать? Стоило только уловить ее запах, как мысли разлетелись на осколки. Вдребезги. Мозг окончательно вытек.

— Здоро́во, Артем Александрович! — раздражающе скалясь, на кухне материализовался Толя.

— День добрый, Анатолий, — сухо поприветствовал я, все еще пребывая в состоянии какой-то прострации.

Мой самый преданный человек и не сказал ни слова. Устроили за моей спиной форменный сговор. Что ж… придется провести с Игнатовым воспитательную беседу. Я машинально сжал кулаки, хрустнув костяшками.

— Я тоже подумываю взять себе такого красавца! Заводчица расхвалила, — хохотнул он. — Может, я возьму сучку, и займемся разведением? — я четко расслышал в его интонации сарказм.

— Толь, а не отправиться бы тебе… — глубокий вдох. — На работу?

— Не серчай, шеф! — Подмигнув Саше, Игнатов достал телефон и, покидая кухню, на ходу ответил на звонок.

Спустя несколько секунд раздался хлопок входной двери. Мы с Сахаровой остались наедине.

— Нужно еще столько всего для него купить. И имя придумать! И вообще… — Саша с такой теплотой смотрела на этого щенка, что у меня сердце сжалось.

Кажется, на меня она ни разу так не смотрела. Не заслужил.

— Закажешь все необходимое через интернет-магазин, ладно? — я удержал ее немного смущенный взгляд.